БИБЛИОТЕКА

Страница: « 1 … 39 40 41 42 43 … 74 »

Сообщений 401 страница 410 из 731

Поделиться4012012-12-27 22:51:21

Автор: Гоблин
Модератор
Откуда: Урал
Зарегистрирован: 2012-02-09
Приглашений: 0
Сообщений: 14649
Уважение: [+1043/-2]
Позитив: [+1378/-12]
Пол: Мужской
Возраст: 64 [1962-03-07]
Провел на форуме:
1 месяц 18 дней
Последний визит:
2013-02-01 02:34:39

Сначала по моей просьбе спалили много тонких веток, чтобы получилась зола, при помощи которой я отмыл руки и себе и Тёплому Ветру – ну не хватило бы у меня сил сделать всё в одиночку. Потом наложил жгут выше щиколотки на предварительно тщательно отмытое неповреждённое место раненой ноги. Прокипячённым ножом удалил мягкие ткани и обнаружил тут кровеносные сосуды, которые и перевязал прокипячёными же суровыми нитками. Потом обнажил кость – её предстояло перепилить без пилы.
Вот тут за работу принялся мой вождь. Думал – возиться будет не меньше часа, Но опыт древнего человека в разделке туш кремневым инструментом недооценил. Дядька в два счёта "разобрал" сустав, пока я прижимал к его лицу варежку, чтобы он не заплевал операционное поле и на забрызгал его своим потом. Он ругался вполголоса, но терпел. Вот уважаю этого мужика за понятливость и умение держать себя в руках!
Пациент грезил, пуская пузыри, словно счастливый младенец. Неандертальцы смотрели на нас с непередаваемыми, но разными выражениями на лицах. За что поручусь, так это за то, что ни один не остался равнодушным.
– Закопайте это, – я указал на отрезанную ступню, – чтобы вселившийся в неё злой дух не знал, где ему искать других людей.

Нажми и читай дальше

Обмакивая в кипяток листы подорожника, я налеплял их поверх запёкшейся крови. Когда закончил "аппликацию", тихонько приотпустил жгут, наблюдая, не появится ли кровь. Но нет, сочиться она не стала – видимо уже образовались довольно крепкие коросты. Потом я спел себе колыбельную по-русски, ту самую, про усталые игрушки, и отключился. Кажется, маловата у меня не только физиология, но и психология недостаточно окрепла. Вождь на руках перенёс меня на мягкое и укрыл тёплым.
Глава 11 Странная встреча

– Тына, откуда ты родом? – мы сидим в челноке, который приводит в движение Одноногий Лягушонок. Он неторопливо гребёт одним веслом, утвердившись на корме, откуда его костыль торчит назад и никому не мешает. Именно ради него разговор ведётся по-неандертальски. Всхлип и Плакса понимают человеческую речь, а Кит гырхскую. Только новичок с отрезанной мною этой весной ногой пока требует к себе особого отношения, потому что остальные без труда общаются на обоих языках.
– Я жила в краях, где не бывает ни снега, ни льда. Мой народ сеял в землю зёрна, а оленей, что приходили полакомиться всходами, мы с нетерпением ожидали, чтобы съесть. Всё было хорошо, но пришли чужие, убили мужчин и мальчиков, а женщин и девочек оставили. И поселились они в наших жилищах Тогда я была ещё мала и не многое сохранила в своей памяти.
Мы много работали и мало ели. Поэтому мама убежала вместе со мной, и мы попали к другим людям и снова много работали и мало ели. Так я и росла. Переходили из одного селения в другое и везде было одно и то же. Повсюду мужчины ходили на охоту, а женщины копались на грядках, готовили еду и рожали детей.
Но моя мама, хотя мужчины и не оставляли её в покое, больше ни разу от них не понесла. Она и мне объяснила, как нужно поступать, чтобы этого не случилось и даже сама всему меня научила. А ещё мы видели много разных растений, которые выращивали в тех местах, через которые скитались, и как за ними ухаживают, и что из них готовят.
Научились принимать роды, лечить раны и продолжали искать место, где было бы также хорошо, как когда-то давно в родном селении. Это продолжалось много лет, пока я не выросла, а мама не умерла.
Когда я ухаживала за Быгой, она сказала мне: "Эти юноши не обидят тебя, если ты останешься с нами". Так и случилось. Ни разу ни один из них не попытался использовать меня в качестве сосуда для своего семени, пока я сама не попросила об этом. Потом родился Кит.
Я слушаю, не перебивая. Женщина эта очень привлекательна, хотя и о других женах братьев её мужа то же самое можно сказать не кривя душой. И почему-то она очень ласкова с болезным нашим Одноногим Лягушонком. Я имею ввиду – во всех отношениях. То есть отца Кита она никогда не динамит, но и этому парню отказа от неё не бывает. В наше время сказали бы – любвеобильная особа. А тут и сейчас это как будто бы не имеет никакого значения. Имеется ввиду кто и с кем чем занимается.
Только вот, пожалуй, насилия я не примечал в отношении мужчин к женщинам, хотя, по впечатлениям от прочитанных исторических книжек, казалось, что оно обязательно должно иметь место в древнем мире. Причём, у неандертальцев тоже самое – я ведь и среди них часто живу и картины их бытия перед моими глазами проходят вживую.
И да, второго сынишку, грудничка в настоящий момент, Тихая Заводь родила. Явно – плановый ребёнок. Ему скоро полгода и он сейчас тоже едет с нами. А ещё Тычинка и Бормотун с нами в лодке, и даже Дык – ему ведь уже три года.
Детский сад, выездная сессия, направляется в полном составе туда, где проходил мой обряд посвящения, то есть едем мы в гости к степенному барсуку.
Шучу. Приставать к зверю никто не станет. У нас совершенно иные планы. Дело в том, что решительно все растения, кроме гороха, в наших краях показали неудовлетворительную всхожесть, отвратительную урожайность, а уж до того, чтобы дать семена, у большинства из них дело не доходило. Вы ведь помните, что с торжища привозилось решительно всё, из продукции современного нам древнего растениеводства, что только встречалось. И сеялось. Однако альтернативы гороху мы так и не нашли. Или дополнения, это как посмотреть.
Так вот, тут я, помнится, за полдня отыскал злаки, яблоки и корешки, которые считаю морковью. Как-то ведь они в этих краях выживают! И дают потомство. То есть имеют место некие районированные сорта. Вот их мы и намерены отыскать, собрать и попытаться культивировать.
Вообще-то в почвоведении я не силён, но слой дёрна, что наблюдал при строительстве землянок или вскопке огорода, показался мне слишком тонким и недостаточно густо переплетённым корнями трав. Попросту говоря – глина здесь очень близко от поверхности. А то и камни. Ну да, копался я на огороде в своём цивилизованном прошлом, хотя и без особого энтузиазма – ради помощи жене, в основном. Однако кое-что в памяти осталось.
Ну да ладно – всяко я в такого рода вопросах должен соображать хотя бы немного лучше своих сородичей. И уж во всяком случае, обмен информацией нам не помешает. Естественно, в присутствии той самой выездной сессии детского сада, что следует в натуралистическую экспедицию.
Вот, такие дела.

***

Пока убаюкивающе шелестит за бортом вода, поведаю о размышлениях, что посетили меня в последнее время. Я хорошенько обдумал действия нашего вождя и его соплеменников и обнаружил в них чёткую цель.
Главным полагаю, устройство в месте, где не ожидается конкуренции за охотничьи угодья. Мало кто из моих нынешних современников сумеет соорудить дом, способный сравниться с нашей землянкой. Такой, в котором можно переждать зиму и сохранить сделанные припасы. Кстати, хотя я и обращал внимание на многие виды продуктов так или иначе подготовленные моими соплеменниками к длительному хранению, но сейчас могу уверенно отметить, что основу питания в период зимней бескормицы составляют всё-таки горох и вяленая рыба.
Особенно способствует их длительной сохранности то, что в верхней части помещения, где висят мешки с запасами, воздух всегда очень сухой, благодаря костру, постоянно горящему в кухонном очаге, вот и не заводится плесень, да и несущие конструкции самого жилища не гниют.
Где и как мои родичи это приметили и как догадались возвести подобную постройку – ума не приложу. Тем более, что внизу воздух вполне себе обычный, и ни на какие мысли о том, что живём мы внутри большого камина это не наводит.
Так вот, говоря по-существу, жильё и продовольственная база для племени Прижимистых Барсуков созданы. Дополнительный ресурс – охота ранней зимой на откормившихся за лето копытных – задействовался на моей памяти только один раз. Важно то, что он имеется. И холода позволяют сохранить запасы мяса до наступления тепла. Впрочем, если построить ледник, то и весеннего поста было бы нетрудно избежать. Это особенно важно для поддержания в сытости и довольстве неандертальской части нашего племени, полагающей себя Бредущими Бекасами. Хе-хе. Пусть полагают, что хотят – они уже наши от макушки до хвоста, потому что сытая зима в тепле со всеми потрохами сдала подчинённый Острому Топору личный состав под юрисдикцию Тёплого Ветра. Во главе с вождём, кстати, потому что статус его не подвергся ни малейшему ущемлению – он всегда сам принимает все решения. Просто, считает правильным обсудить их с нашим вождём.
Это я так дядей Быгом восхищаюсь.
Ну да тут намечается некоторая загвоздка. Возникает вопрос – куда дальше грести? Я не представляю себе, чем грозит нашему небольшому сообществу застывание в развитии, но точно знаю – остановка прогресса обязательно даст откат. Ведь было же у кого-то из классиков марксизма положение о необходимости постоянно одерживать победы. Не помню, правда, по какому поводу, но речь шла о чем-то важном.
Этим летом мужчин напрягли доставкой в посёлки плитняка-леденца, которым покрыли пол в помещениях. Там раньше была глина, которая или пылит, или, если её увлажнять, может скользить, чавкать или проваливаться. А, учитывая, что в холодный период мы тут ещё и моемся, то дальше я объяснять не буду. Тем более, что большие корчаги как раз и предназначены для согревания воды в холодное время. В аккурат по паре штук на каждое наше стойбище их и привезли из последней поездки к Противной Воде.
Скажете – мелочь. Да, мелочь. Но – шаг вперёд. Хорошо, что старейшины не остаются глухими к тому, о чём говорят мне духи. А мужчины искусны в работе с камнем, отчего подогнать кромки плиток так, чтобы зазор между ними оставался ничтожным, они в состоянии. За зиму вымостят всё с любовью и старанием.

Поделиться4022012-12-27 22:52:11

Автор: Гоблин
Модератор
Откуда: Урал
Зарегистрирован: 2012-02-09
Приглашений: 0
Сообщений: 14649
Уважение: [+1043/-2]
Позитив: [+1378/-12]
Пол: Мужской
Возраст: 64 [1962-03-07]
Провел на форуме:
1 месяц 18 дней
Последний визит:
2013-02-01 02:34:39

Колосков мы нашли несколько видов. Все – с не горькими зёрнами. Несколько штук выкопали с корнями прямо в коме земли – Тына их посадит на огороде и поглядит, что получится. Нарвали колосков, набили из них зёрнышек – это посеем. Морковные корешки тоже выкопали и взяли с собой, хотя их вид у нашей старшей энтузиазма не вызвал. Они сейчас во второй половине лета похожи на крысиные хвостики.
На яблоне в этот раз ни одного яблочка не было, хотя я её опознал уверенно. Нарезал веток и поставил в горшок с водой – вдруг дадут корешки. Словом основную программу поездки мы выполнили и прямо тут заночевали, поставив национальную неандертальскую избушку – шатёр, похожий на остроконечное жилище индейцев. Походный быт пока не теряет актуальности, учитывая, что охотничьи партии продолжают высылаться Острым Топором в тёплое время года, а курс, который мы проходим, один для всех.

Нажми и читай дальше

Вечернюю зорьку провели на берегу с удочками. Ужение рыбы на крючковую снасть мне известно хорошо – в прошлой жизни я этот вид досуга очень уважал, так что всё показал ребятам точно как когда-то мне мой дед. На уху наловили. Мне кажется, что каменный век – золотая пора для рыбаков. Эх, картошечки бы сюда ещё, да лучку! А вот морковка пришлась кстати, хоть не колечками она нынче, а крошкой бесформенной, считай, в молекулярном состоянии, но вкус варева улучшает заметно.
Спали тоже по-неандертальски – вповалку вокруг маленького костра в центре шатра. Оно, хоть и тепло нынче и никакой надобности в обогреве нет, но для порядку распалили огонёк, чтобы всё было, как будто по-настоящему. Следующий урок в нашей группе спланирован на послезавтра – мамочка моя поведёт нас в холмы. Любит она поохотиться на мелкую дичь. Заодно и нам покажет что-нибудь новенькое. Ну и Кит блеснёт – продемонстрирует, как ловко управляется с пращой.
– Гырх! – незнакомый голос снаружи. Кто бы это мог быть?
– Заходи добрый человек, – Одноногий Лягушонок распахнул полость входа.
– Охотники племени Быстроногих Оленей принесли мяса и просят разрешения встать на отдых рядом с вами, – новая для меня формулировка пришедшего с миром звучит убедительно.
Тётя Тына выбирается наружу, пытаясь никого не разбудить. Наивная. Все мгновенно повылазили и уже разводят костёр из припасённых с вечера дров. Силуэты мужчин постепенно освещаются пламенем, справа Всхлип и Плакса срезают пласты с огромного мосла, Тычинка водружает горшок на камни, стоящие посреди пламени, Бормотун затачивает прутья, а я протираю камень, на котором стану отбивать мясо перед приготовлением.
Понимаете, наша команда не первый день вместе, и в большинстве случаев не требует руководящих указаний для выполнения простейших дел. Кит уже принёс мешочек соли и ложки – у нас всё схвачено. Даже кроха Дык откатывает зардевшиеся угли туда, где предстоит занять своё место шампурам.
Да, не маринованное мясо сильно уступает во вкусе настоящему шашлыку, но если тонкий отбитый ломтик намотать на палочку и равномерно обжарить над углями, тоже есть можно. А, пока гости управятся с дежурным блюдом, мелкие обрезки протушатся в котле и прекрасно утолят основной голод гостей.
Пока ребятня колготится, взрослые мужчины ведут пристойную беседу.
– Я вождь Быстроногих Оленей, Сильный Бык, – заводит речь предводитель. – А это мой брат Могучий Медведь. С нами также Стремительный Барс, Неудержимый Лось и Зоркий Орёл.
Хорошо, что я стою на коленях и не теряю равновесия от раздирающего меня внутреннего хохота. Похоже, в племени Быстрых Оленей ленивый шаман, если согласовал ношение столь высокопарных имён. Прямо как в фильме про Гойко Митича. Хотя, ребята выглядят крепкими, и не менее крепко смердят многодневным мужским потом.
– Я – Тихая Заводь, – смиренно ответствует Тына, – присматриваю за детьми племён Бредущих Бекасов и Прижимистых Барсуков. Одноногий Лягушонок возит нас на лодке, а Степенный Барсук ведёт себя, как послушный ребёнок, но голоса духов слышит, когда им есть, что ему сказать.
Вот так – официальные имена "взрослых" названы, а узнают ли гости, как мы обращаемся друг к другу в нашем кругу – это неизвестно. Такая вот игра получается у нас, что свои зовут друг друга, чаще всего, по привычным детским кличкам, а вот посторонним называются официальные, одобренные свыше идентификаторы.
Весной нашему вождю не удалось зазвать к себе в соседи племя Зелёной Лягушки. Они нам отдали только раненого с ампутированной ногой, потому что охотиться он уже не может, а убивать его они и сами не хотели. Однако, желание Быга увеличить неандертальское поголовье под своей рукой, я тогда почувствовал. Видимо, ему с ними удобней, чем с людьми. Ну и созданная кормовая база позволяет это сделать не напрягаясь.
Некоторое время отняла трапеза, после завершения которой началась деловая часть беседы.
– Если бы у нас была ваша лодка, мы смогли бы переплыть озеро и выменять себе горшки в селении горшечников, – вот, теперь всё сразу встало на свои места. Действительно, на огромном берегу много прелестных уголков, где отряд охотников найдет удобное место для ночлега, но только в одном у берега покачивается лодка.
Ни Тына, ни Одноногий не знают, что и ответить, потому что лишаться челнока в наши планы не входит. Но отказывать в учтивой, подтверждённой даром просьбе сразу пятерым сильным мужчинам – это ведь безумно невежливо. Пора и мне вступить в беседу.
– Расскажи мне, Сильный Бык, какие горшки требуются твоему племени и что вы станете в них варить? – это я выигрываю время и, заодно, даю собеседнику возможность блеснуть красноречием и покрасоваться перед нами.
– Гусей, добытых сетью, наши женщины ощиплют и, разрезав на куски, сварят с собственным жиром…
Это повествование мне очень не нравится. Период охоты на гусей с сетями давно закончился, потому что линька у этих птиц проходит раньше. С другой стороны, угнать лодку, воспользовавшись нашей беспечностью эти люди могли легко. Вот и задал мне древний мир нешуточную головоломку. Смущает, что наши гости не ведут речи о возвращении долблёнки в обозримом будущем – просьба как-то не так сформулирована. Вроде как, отдайте насовсем. Хотя, это можно и уточнить.
Дожидаться завершения повествования о том, для чего нужна посуда, пришлось долго. Я трижды подал гостям палочки, обмотанные полосками поджаренного и даже слегка остуженного мяса, и тихонько вложил в каждую по кусочку "пластилина". Это оказалось несложно, потому что я отворачивался от едоков к нашему протомангалу, да ещё и немного разворачивал рулетик, подсаливая его и присыпая крошкой ароматных трав, чтобы "запутать" запах наркотика. То есть действия свои замотивировал и замаскировал. Кажется, заглотили они снадобье.
Конечно, чтобы разговор не прерывался, я спросил и о размере нужных горшков, и о том, как они должны звенеть, если не треснуты.
Понимаете, со мной явно во что-то играли. По каким-то дурацким правилам. Ну и я тоже играл, не понимая во что, и опасаясь сделать неправильный ход. Но, в любом случае, старался вывести детвору из-под неясной угрозы. И сохранить челнок.

***

Заснули мужчины через полчаса, когда до рассвета оставалось уже немного. Летом ночи здесь коротки. Основная часть нашей группы во главе с "учительницей" отошла на лодке от берега, а
мы: Кит, Всхлип, Плакса и, догадайтесь кто ещё, пошли обратно по следу визитёров. Что-то мне подсказывало поискать ответы на возникшие вопросы в той стороне, откуда они прибыли.
Собственно, сначала, пока не рассвело, таились в прибрежных зарослях, потому что в потёмках распутывать следы плохо – легко пропустить что-нибудь важное. Ну а потом скользя неслышными тенями, принялись пробираться вглубь чащобы. Мы уже не младенцы и многое умеем. Однако, топать пришлось прилично, несколько километров.
А потом мы нашли бивни мамонта – сразу пару штук, связанных для транспортировки и уложенных на волокушу. Ох и тяжеленные, заразы!
Кит, старший из нас, сразу заключил:
– Охотники возвращаются с богатой добычей, но показывать её чужим боятся, чтобы не отобрали. И лодка им нужна насовсем, чтобы отвезти груз домой. Куда-то далеко. Если делать плот и плыть на нём, то это будет очень долго.
Вот и вся тайна. Пожалуй, мне нечего добавить к произнесённому. А вот насчёт того, что делать, я ни одной доброй мысли не имею. Пять крепких неандертальцев скоро проснутся и увидят, что лодка уплыла. Хотя, общий настрой у них, кажется, мирный.
К берегу мы вернулись другой дорогой, приняв левее. Оттуда, с открытого места, помахали нашим, дрейфующим неподалеку, и они подгребли, чтобы забрать "разведгруппу". Так мы и вернулись в стойбище Бредущих Бекасов, не приближаясь к оставленному шатру – это имущество я полагаю недостаточно ценным, чтобы рисковать ради него.
Когда я рассказал о нашей встрече с охотниками на мамонтов, Острый Топор сел в лодку и уплыл. Вернулся он через три дня пешком по берегу и ничего никому не сказал.
"Отдал лодку", – была первая мысль. Да, не всё я знаю об отношениях между древними людьми.
Челнок этот "вернулся", когда уже опали листья с деревьев. Откуда и как он появился – я не видел. Зато видел, как наши гырхи оставшуюся часть лета и половину осени ставили сети с неуклюжих плотов, что доставляло им массу неудобств. Такая вот тайна, покрытая мраком. Какая-то, неведомая мне солидарность с охотниками на крупного зверя. Или знак огромного уважения к ним. А у меня, между прочим, почти всё обезболивающее ушло на этот эпизод.

Поделиться4032012-12-27 22:55:24

Автор: Гоблин
Модератор
Откуда: Урал
Зарегистрирован: 2012-02-09
Приглашений: 0
Сообщений: 14649
Уважение: [+1043/-2]
Позитив: [+1378/-12]
Пол: Мужской
Возраст: 64 [1962-03-07]
Провел на форуме:
1 месяц 18 дней
Последний визит:
2013-02-01 02:34:39

В одном из подмытых обрывов я наткнулся на крепко слежавшуюся глину. Она откалывалась брусками, которые ломались с лёгким звоном. Впрочем, при намачивании эти "камни" расползались как и положено. Ну да один из них, вырезав из него чёткой формы крошечный кирпич, я обжег в наскоро выкопанной в этом же обрыве печурке.
Отличная керамика получилась. Плотная, звонкая, крепкая. Кромкой скола – а образец я сломал, проявив заметное упорство – даже древесину можно было царапать. Поверхности расколов выглядели слегка зернистыми, напоминая излом инструмента из твёрдой стали. Я и с кремнем сравнил полученный образец на царапучесть, но до его твёрдости новый материал не дотягивал.
Ох и обрадовался я нежданной удаче. Скорее вылепил из найденной глины несколько чашек, просушил их хорошенько, и – в печь. Пока ждал результата, сомнения глодали меня всё сильнее – я ведь видел, что поверхность моих изделий выглядит не так, как у плиточек, которые были размочены для замеса. Да и растрескивание при сушке тоже было заметное – то там, то тут, или чешуйка отойдёт, или место как-то подозрительно выглядит. Хотя, признаюсь, месилось это крайне неохотно. Комки, опять же, долго не расходились, выскальзывая из пальцев.

Нажми и читай дальше

Из печки я достал те же обломки, что и раньше у меня получались при обжиге кирпичиков ещё два года тому назад. Да и качество уцелевших фрагментов по свойствам напоминали обычный красный кирпич. Совершенно иначе звенели, легко крошились, если царапать дерево. Короче говоря – облом получился.
Вот тут-то я и призадумался.
Понимаете, академиев я не кончал, но книжек прочитал немало. То есть, поскольку всю жизнь связан был с ремонтом и наладкой всякой техники, то и в журналы технические заглядывал регулярно, и о чудесных свойствах керамики, достигнутых в двадцатом веке, слышал немало. То есть даже инструменты получали методом спекания из разных минералов, причём, режущие, что меня сильно интересует.
В общем, отыскал я в обрыве глиняную плиточку помассивней. Они, как Вы понимаете, вполне поддавались и деревянному инструменту, если до обжига. Вот из этого крупного куска я и сделал форму – глухое отверстие высверлил в три пальца диаметром. Ну а потом эту матрицу обжёг. Сушить-то её нужды не было – она и так лёгкая и даже слегка звонкая. А после воздействия пламени ещё звонче сделалась, прекратила размачиваться водой, в массе, кажется, не изменилась и стала царапать древесину. То есть всё получилось в точности, как в первый раз с кирпичиком.
Вот в эту матрицу я и поместил сухую глину, размолов её в пыль. А сверху приложил пуансон – круглую деревяшку. Ну, или поршень, на который пристроил гнёт.
Мысль какая была? Глину нужно спрессовать, как это было в земле, где на неё давили верхние слои. То есть поначалу я помаленьку подсыпал и пристукивал, ну она и садилась, освобождая место. А уж когда до верхней кромки совсем чуть осталось, вот тут я пуансон оставил и больше не шевелил. А только добавлял нагрузку через рычаг до тех пор, пока не показалось, что он вот-вот переломится. Рычаг, не груз.
Стоять этому сооружению позволил неделю, потом разобрал всё и, перевернув форму, выколотил из неё глиняную таблетку. Похоже получилось на природные плитки, хотя какие-то отличия всё-таки отмечались. Не могу внятно объяснить, однако, как бы рыхлее моя заготовка смотрелась. Не так монолитно, как я ожидал. Ну да всё равно в печь пошла. И, скажу я Вам, испеклась без трещин, порадовала меня твёрдостью. А ещё возникло впечатление, что она воду или воздух совсем не будет пропускать. То есть монолитная однородная масса у меня вышла, не хуже настоящего фарфора, а не пористая, словно кирпич керамика. Хотя, как это проверить, я пока себе не представлял.
Совсем у меня мозги загустели в этом древнем мире – не то, чтобы я позабыл всё, что знал и умел в прошлой жизни, но опыт этот долго пролежал невостребованным, и ранее очевидные сведения теперь весьма неохотно всплывали их закоулков памяти.

Глава 12 Деревянная сабля

Пожалуй, прекращу на время попытки хронологического изложения произошедших со мной событий, потому что многие процессы настолько перепутались во времени, что я и сам не способен вспомнить, что происходило после чего. Так что поведу речь объектноориентировано, если позволите.
Итак, началось всё с того, что сделал я себе деревянную саблю. Вдохновила меня на это палка с подходящим изгибом и в точности нужного размера. Прочность древесины тоже радовала, а долгие зимние вечера нужно было чем-то заполнить. Ну, такой обычай в моём племени, ковыряться с чем-то, коротая время вокруг семейного костра, а к работе с кремнями меня пока не допускали – возрастом не вышел.
Сабля вышла знатная, только великоватая для меня – двумя руками я с ней как-то ещё управлялся, но без непринуждённости. Зачем она мне понадобилась? Так думал предложить использовать её для рубки крапивы – ведь рвать траву – тяжёлая работа.
По шеям мне надавала Быга, едва я продемонстрировал новый трудовой приём. А потом объяснила, что от этого куделя становится короче. Что же – ей виднее. Я раньше и не подозревал ни о чём подобном. Саблю у меня в два счёта отобрали присутствовавшие при демонстрации взрослые мужчины. Сказали, что она им нужна. И не соврали. Дело в том, что они часто вырубают молодые деревца из подлеска, потому что шесты, жерди, тонкие брёвна и толстые палки в хозяйстве требуются регулярно. Так вот, очищать все эти хлысты от веток при помощи этой самой сабли они приловчились в два счёта.
Сказать "отсекали" я не решусь. Отбивали – вот, пожалуй, верное определение. Кора отрывалась, а собственно несущая часть древесины, отламывалась. Естественно, такой удар был эффективен только, если наносился у самого ствола, иначе ветка пружинила и, в лучшем случае, размочаливалась. Конечно, работал метод только до некоторой толщины, что мой папенька успешно установил опытным путём. То есть он сломал мою саблю, едва применил её к объекту избыточной прочности.
На этом история не закончилась, потому что взамен сабли был сделан крепкий меч. Короче, толще, но тоже кривой и с подобием режущей кромки – секрет секущего удара мои соплеменники уловили. Ну да не о новом инструменте речь, его использование – это просто курьёз, ни на что в нашей жизни не повлиявший. Тут в другом дело. В отбитых ветках.
Я вспомнил, что козе на один день для пропитания требуется два веника. И что эти самые козы зимуют неподалеку отсюда, то есть они не уходят с наступлением холодов за горный хребет, а объедают кору с молодых деревьев и более-менее переносят морозы за счет длинной шерсти. Охотятся на них неохотно, потому что это трудно – они весьма чуткие и пугливые. Впрочем, волки с этими проблемами как-то справляются время от времени.
Ну и людям иногда удаётся или подкрасться к ним, или подстеречь.
Так вот – зимой у нас пустует отличный огороженный участок – огород, в котором этих коз вполне можно содержать, а летом они могут пастись на привязи. На счёт же запасания для них сена я даже и не думаю, потому что ума не приложу, из чего можно сделать косу. Не из кремня же, в конце концов!
Одним словом, у меня возник далеко идущий план, к реализации которого требуется заблаговременно подготовиться. Ну, вообще-то, сородичи мои – люди с понятием. Далеко не мумба-юмба, живущие по принципу: "хватай всё, что движется". Однако сейчас мне предстоит познакомить их с целой отраслью, именуемой животноводством. Тревожно на душе: как-то я им втолкую целесообразность весьма трудоёмкого вида деятельности, который хочу прибавить к и без того немалому перечню забот.
Однако, буду пробовать. Хотя, и сам не уверен в том, что это имеет смысл. Я ведь вплотную скотоводством никогда не занимался. Так, что-то видел, что-то слышал, о чем-то читал. Единственный надёжный выигрыш от подобной затеи – это наличие живых консервов в зимний период. Вот, пожалуй, с этого и начнём. Подобная мысль не может не заинтересовать… скорее всего, неандертальцев. Им перспективы наличия свежего мяса в периоды неудобные для охоты, значительно ближе, чем нам, обычным людям.
Только и здесь не всё просто. Огород-то расположен рядом с нашим жилищем. И отрубанные ветки по большей части образуются тоже рядом со стойбищем Барсуков. А Бекасы, в основном, заняты на озере. Словом, всё не слава Богу. И силёнок у меня пока не так много, чтобы заготовить достаточное количество веников сейчас, в конце лета, дабы использовать их зимой. А ведь это всё нужно сохранить под крышей, чтобы не сгнило от частых дождиков. Так вот крыши подходящей для этого попросту нет – всё защищённое пространство в наших постройках имеет давно определённое назначение.
Детсадовская группа в качестве рабочей силы тоже имеет изъяны. С одной стороны силёнок у нас немного. С другой – участие во "взрослой" жизни никем не отменено. Тот же сбор хвороста на топливо, это в условиях оседлого поселения дело нешуточное, потому что ближайшая окрестность от валежника очищена давно. Тут транспортная часть процесса занимает львиную долю времени, а ведь ребёнок может унести не столько, сколько большой дяденька.
Короче говоря, куда ни кинь, везде клин. Это я на наших вождей, между прочим, сетую. Они так личный состав организовали, что ни вздохнуть, ни охнуть некогда. У всех – полная занятость. Даже Одноногий скачет на своём костыле, как наскипидаренный, а он, между прочим, очень любит с удочкой на бережку посидеть, складывая улов в застеленную задубевшей шкурой корзину и пересыпая солью.
Ну вот, пожаловался на непростую доисторическую жизнь. Теперь о положительных сдвигах. Навес мы сделали с крышей из плетней. То есть плетни, конечно, "собирали" по месту. Оплетали прутьями каркас, который связали из жердей. В общем, делали плетёный домик, основанный на шести деревьях, расположенных удобно и с подходящими сучьями, которые и служили основой сооружения. Крыли берестой. Основная идея – большая высота и много-много места для подвешивания веников.
Проще всего обстояли дела именно с берестой – её много наготовили весной, когда она легко отстаёт от стволов, потому что, с одной стороны было желание сделать челнок, удобный для переноски через перевал, по которому проходил важный для нас волок. Но с этим пока на ладилось, зато ладилось с мокасинами из этого материала. Обувка для лета получалась вполне приемлемая. Тем не менее, избытка припасённого материала нам хватило. Тем более, что обдирали крупные старые деревья, которые планировали перед морозами свалить, для чего уже приготовили огромные канаты и смастерили основные элементы воротов – это уже по моей подсказке. То есть их планировали зацепить на приличной высоте и, используя ствол, как рычаг, вывернуть из земли вместе с корнями. Сучья пойдут на топливо, а стволы, скорее всего, сгниют. Нам их нечем трелевать, если серьёзно. И разделывать такие махины каменными инструментами будет только человек, укушенный бешеным энтузиазмом.
Сами же полянки, образующиеся на некоторое время вокруг поваленного стола засеваются крапивой, которая занимает эти места до тех пор, пока не сомкнутся ветви окружающих деревьев и затенённость не сделается чрезмерной.
Сложную картину хозяйствования рисую? Слишком многоплановую для примитивного общества охотников и собирателей. Так люди эти не хуже моих прошлых современников соображают и прекрасно примечают многое такое, на что обычный горожанин не обратил бы внимания.
Ну и я рассказываю ближним своим о том, что дух леса хотел бы вместо изничтоженного дерева найти в своём жилище несколько молодых саженцев, а остальные это мимо ушей не пропускают, потому что неудобства от того, что деревьев становится меньше, чувствуют на собственном горбу. На том самом, на котором таскают нужные нам дрова и материалы всё на более далёкие расстояния.
Опыт оседлой жизни у наших весьма невелик, так что локальную экологическую катастрофу они способны организовать быстро и решительно, если не предупредить их заранее. Для этого и нужен им "Говорящий с Духами", Одним словом, горох свой я ем не даром. Такие уж очевидные мелочи, как выноска золы на огород или культура компостной кучи давно моими сородичами усвоены, вплоть до присоединения к перегнивающей массе собственных фекалий из ночных горшков.
Ну и двухполье уже потихоньку вошло в обиход, потому что когда расширяли посевную площадь, я тёте Тыне всё обстоятельно разобъяснил. Это, насчёт отдыха между родами, который и земле требуется, и женщине. Она понятливая, а в части агротехники её слову никто не перечит.
В плане же разумного подхода к ведению лесного хозяйства, то есть к пересаживанию молодых деревьев из мест, где их забьют соседи, на свободные участки, особого энтузиазма я не обнаружил – эта работа и с металлическим инструментом весьма трудоёмка, а уж с палками-копалками и вовсе утомительна. Зато при вырубании подлеска на дрова оставить перспективное молодое деревце, чтобы оно заменило отживающего свой век соседа – тут для них ничего обременительного нет.

Поделиться4042012-12-27 22:56:26

Автор: Гоблин
Модератор
Откуда: Урал
Зарегистрирован: 2012-02-09
Приглашений: 0
Сообщений: 14649
Уважение: [+1043/-2]
Позитив: [+1378/-12]
Пол: Мужской
Возраст: 64 [1962-03-07]
Провел на форуме:
1 месяц 18 дней
Последний визит:
2013-02-01 02:34:39

Отвлёкся я от животноводства, что простительно, потому что, повторюсь, сопутствующих проблем у нашего сообщества много, а трудовые ресурсы столь скудны, что ни специализации толком не организуешь, ни кооперации. А тут ещё выяснилось забавное обстоятельство в отношении Горшковки, о котором я раньше и не догадывался.
Дело в том, что расположена она неподалеку от перевала через те самые южные и для нас и для них горы. Там длинный пеший маршрут, по которому копытные приходят сюда весной и уходят поздней осенью. И "гончары" пользуются этим, создавая себе запасы мяса на холодный период, а потом, с наступлением тепла, охотятся на животных, следующих обратно на летние пастбища. Наши, когда выбирали себе место, где поселиться, сначала хотели к ним присоединиться, но те не приняли молодых охотников. Тогда они просто решили построить себе дом поблизости, однако их сразу прогнали. Место уж больно сытное. А чужих тут не надо. Ну а землянки их на наши похожи только на первый взгляд, потому что низкие и никакой "кладовки" на втором ярусе там нет.

Нажми и читай дальше

Вот тут-то и вспомнил я про человека по имени Кладовка, у которого на берегу большой реки стоит большой дом с товарами. Вот в этом протомагазине и припоминается мне множество корзин и мешков, подвешенных над головой, хотя и не столь высоко, как у нас. Получается, Быг, простите, Тёплый Ветер, видел и то и другое, а потом скомбинировал.
Опять увел разговор от козоводства. Больше не буду. Так вот, строительство веникохранилища мы вели силами детского сада и частенько присоединяющихся к нам подростков-неандертальчат, усиленных присутствием Нута. Не стану кривить душой – взрослые тоже помогали на решительных стадиях. Это когда материал приготовлен и поднесён и осталось только дело сделать. Ну а набивать это хранилище вениками оказалось не так уж сложно – как раз для второго огорода на плетень требовались колья, так что с ветками особых проблем не было. Полоска лыка – штука в нашем обиходе обыденная, а остальное – проще простого. Даже неандертальцы, когда приплывали с грузом вяленой рыбы, и то пару десятков связок веток привозили с собой. Мы их потом делили на пучки поменьше.
То есть проект ни от кого в секрете не держался и имел немало сочувствующих.

***

И вот земля покрылась коркой наста. Ударили морозы и все мужчины собрались у нас. Они вооружились вениками и отправились развешивать их в лесу, образуя цепочку приманок от мест, где иногда пасутся козы, до распахнутых ворот убранного на зиму огорода. С месяц ничего примечательного не происходило, а потом козёл привел стадо из пяти подружек. В
И вот земля покрылась коркой наста. Ударили морозы и все мужчины собрались у нас. Они вооружились вениками и отправились развешивать их в лесу, образуя цепочку приманок от мест, где иногда пасутся козы, до распахнутых ворот убранного на зиму огорода. С месяц ничего примечательного не происходило, а потом козёл привел стадо из пяти подружек. В ограду они дорогу нашли и угостились, но при попытке затворить проём плетнём, сиганули через изгородь, причем две козочки напоролись на колья и сразу пошли в котёл.
Больше почти до самой весны никто к нам не заглядывал и угощением не интересовался. Я уже полагал, что затея провалилась окончательно, но Тёплый Ветер, человек настойчивый и последовательный. В общем, дождались мы следующего визита. Правда, группа была пожиже – три козы и козёл. Возможно, те самые, что когда-то нас навещали, вконец изголодались и решились повторить попытку – ведь на наших ветках сохранились листья, что, как я думаю, добавляет пищевой ценности предложенному корму.
На этот раз попытки затворить проход не предпринималось. Наоборот, новых веников принесли с противоположной от него стороны, распугав естественно, стадо, убежавшее без оглядки. Ушло оно недалеко и вернулось вскоре после того, как люди перестали маячить в обозримом пространстве.
Так и пошло дело. Мы кормим коз, а они убегают, как только завидят человека. Но с каждым разом на всё меньшее расстояние. Так и весна пришла, растаяла снежная корка, а веники у нас закончились.
– Что-то мы неправильно делали, – констатировал Тёплый Ветер. – На следующую зиму они должны будут раньше прийти, потому что запомнили дорогу. И корма заготовим побольше. И на коз больше не охотимся, – добавил он в заключение.
После таких слов я воспрянул духом. А то ведь думал, попеняют мне за неудачную идею, да на том всё и завершится. А, выходит, не тут-то было. Упорен старший брат моего папеньки, настойчив и не страшится неудач. Выходит, и среди доисторических людей встречаются умники.

***

Прав оказался наш старейшина. Старый знакомый козёл привел своё стадо ещё до морозов, едва побелела земля. Не все козы теперь убегали при появлении человека с вениками, случалось и наоборот – из рук вырывали угощение, не давая развесить его на плетне, а весной две прямо тут в огороде и окотились. Ручными эти выросшие на свободе козы так и не стали, а вот из трёх козлят, двое вели себя непринуждённо и по вечерам возвращались "домой", потому что тёплое солёное пойло с малой толикой варёного гороха считали необходимой частью рациона перед ночным отдыхом. Про этот непременный атрибут содержания скотины в неволе я вовремя вспомнил. ограду они дорогу нашли и угостились, но при попытке затворить проём плетнём, сиганули через изгородь, причем две козочки напоролись на колья и сразу пошли в котёл.
Больше почти до самой весны никто к нам не заглядывал и угощением не интересовался. Я уже полагал, что затея провалилась окончательно, но Тёплый Ветер, человек настойчивый и последовательный. В общем, дождались мы следующего визита. Правда, группа была пожиже – три козы и козёл. Возможно, те самые, что когда-то нас навещали, вконец изголодались и решились повторить попытку – ведь на наших ветках сохранились листья, что, как я думаю, добавляет пищевой ценности предложенному корму.
На этот раз попытки затворить проход не предпринималось. Наоборот, новых веников принесли с противоположной от него стороны, распугав естественно, стадо, убежавшее без оглядки. Ушло оно недалеко и вернулось вскоре после того, как люди перестали маячить в обозримом пространстве.
Так и пошло дело. Мы кормим коз, а они убегают, как только завидят человека. Но с каждым разом на всё меньшее расстояние. Так и весна пришла, растаяла снежная корка, а веники у нас закончились.
– Что-то мы неправильно делали, – констатировал Тёплый Ветер. – На следующую зиму они должны будут раньше прийти, потому что запомнили дорогу. И корма заготовим побольше. И на коз больше не охотимся, – добавил он в заключение.
После таких слов я воспрянул духом. А то ведь думал, попеняют мне за неудачную идею, да на том всё и завершится. А, выходит, не тут-то было. Упорен старший брат моего папеньки, настойчив и не страшится неудач. Выходит, и среди доисторических людей встречаются умники.

***
– Степенный Барсук! Нашим юношам: Поплавку, Дротику и Копуше нужны взрослые имена, – такими словами начал разговор со мной вождь неандертальцев Острый Топор.
Разумеется, я знаю этих подростков. Славные ребята. Они мне ещё первую печку помогали сложить и при этом ни разу не отвесили ни одной затрещины. На мой взгляд все они – совсем ещё пацаны. Но времена нынче не наши просвещённые, а весьма своеобразные, я бы сказал. Дремучие.
Физически парни уже крепкие, а уж умения их перечислять я даже не возьмусь. Такие нигде не пропадут. Ну и племени требуются мужчины, то есть, в моём понимании, ответственные люди.
– Где мы найдём для них женщин? – спрашиваю я в ответ на столь серьёзное утверждение. Дело в том, что статус взрослого мужчины однозначно предполагает и вступление в постоянные отношения с особой противоположного пола. Не обязательно с одной или всё время с одной и той же, но, скажем так, право регулярно сбрасывать возникшее напряжение за человеком, носящим взрослое имя, признаётся однозначно, а понятие супружеской верности в привычном нам понимании в этом обществе пока ещё не сформировалось.
Однако, есть у меня сомнения как раз в этом самом плане. То есть я далеко не уверен в мужской состоятельности претендентов на признание взрослыми. А это немаловажный момент… забегаю вперёд. Я ведь жду ответа Острого Топора.
– В селении горшечников созрели девушки. Фет – старейшина Горшковки – отдаст их за хорошие сети и несколько тканых одежд. Мы заглядывали туда и обсудили эти вопросы.
Сидящий рядом с нами Тёплый Ветер согласно кивает.
Вот тут до меня и доходит, что решения уже по-существу приняты и ходы согласованы. Но от меня требуются некие ритуальные действа и общее благословение. То есть следует двигаться в направлении положительного результата. Не то, что я был бы против, но воспоминание о том, как наш вождь обошёлся с шаманом родного племени, приводит к пониманию: если начну кочевряжиться – быть мне поротым.
– Хорошо, вождь, – обращаюсь я к неандертальцу. – Я спрошу духов о том, как они между собой называют будущих мужчин. Еще до того, как ты отправишься в обратный путь, я сообщу тебе, что ещё нужно сделать.
Вскакиваю и убегаю. Пока не начали задавать вопросы.
Вообще-то, помочь мне сейчас может только тётя Тына. Дело в том, что у неё, говоря современным языком, большое сердце. То есть она, как мне кажется, близко знакома со всеми мужчинами обоих наших племён. Вернее, с неандертальцами, потому что папеньку моего привлечь к общению подобного рода вряд ли кому удастся, потому что его как раз хватает для маменьки и неандерталочки, что тоже теперь живёт с нами. А за моральным обликом Теплого Ветра строжайшим образом следит его официальная супруга Лёгкое Облачко.
То есть в сексуальном поведении женщин наблюдаются различия, видимо связанные с тем, какие нравы царили там, где они выросли.
Ещё одно наблюдение меня занимает. Вторая папина жена никак не беременеет, хотя всё, что для этого требуется делается правильно. Вообще-то из старой жизни я припоминаю, что мы, люди и неандертальцы – это два разных биологических вида. То есть смешанные браки бесплодны. И есть у меня подозрение, что наши вожди это уже приметили. Так вот, все три планируемые женитьбы юных гырхов на человеческих девушках должны быть бездетными.
Что-то я не вполне чётко понимаю, какие цели преследуют наши старейшины. А с тётей Тыной я должен договориться о том, чтобы она проверила кандидатов в мужчины на предмет их мужской состоятельности, чтобы не пришлось краснеть перед девушками ещё и по этому поводу.

***

– Тихая Заводь, вожди хотят женить Поплавка, Дротика и Копушу на девушках из Горшковки.
– Это хорошая мысль, Степенный Барсук. Их матери уже не могут, как год тому назад, мыть им причинное место, потому что это пробуждает в них силу и желание.
Вот и весь разговор. Всё сразу встало на свои места. Хотя…
– А будут ли дети от воссоединения гырхов с людьми?
– Говорят, иногда это случается. Всё зависит от того, насколько сильно хотят женщины стать матерями. В крайнем случае, вождь или кто-то из мужчин сумеет помочь, когда в этом возникнет необходимость.
Ну вот теперь всё становится на свои места. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы сообразить – мои соплеменники налаживают контроль рождаемости. С одной стороны секс с представителями другого вида в плане размножения бесперспективен. С другой – снимает многие вопросы, часто ведущие к конфликтам. Но неужели эти варианты родились в головах моих нынешних современников?
– Тына, а ведь ты много лет путешествовала… нет, скиталась по свету. Скажи, а не приводил ли вас с матушкой какой-нибудь случай в такое место, где много шаманов?
– Наверное духи шепнули тебе, что действительно, судьба заставила нас жить среди людей, хранящих тайные знания. Они следили за тем, как тело женщины подчиняется Луне, и как, в зависимости от Солнца, разливается река или приходит время Большого Дождя. Кое о чём они говорили и в присутствии простых служительниц, полагая, будто мы ничего не способны понять. Они не во всём оказались правы – крупицы истин всё-таки были посеяны в наши с матушкой души и мы говорили о них между собой.

***

Душевно мы поговорили с женой папиного брата. А потом я придумывал имена. Поплавка обозвал Колючим Окунем, Дротика – Дальним Броском, а Копушу – Большой Корзиной. Для использования этих определений имелись веские основания, поэтому выбор мой протеста не вызвал. И уже собиралась делегация за невестами сразу на двух челнах, когда все три девушки неожиданно появились в селении на берегу озера.
Оказывается, из-за перевала пришли чужие охотники и всех перебили. Эта троица готовилась для выдачи замуж и поэтому их до прибытия женихов держали в отдельном жилище в лесу. Как я понял, это какая-то часть ритуала выкупа, но в этот момент вникать в детали оказалось некогда. Единственное из обрядовой части, что мы провели – это брачную ночь… ну, часа молодым оказалось достаточно, потому что девушки при виде крепких неандертальских парней испытали острое чувство защищённости. Как мне показалось. Напуганы они были, три дня впроголодь пробирались через лес, а тут их приняли, обласкали, накормили и… похоже, они и без этого ничего не имели против, особенно, после того, как женихи их ритуально вымыли тёплой водой.
В общем, на двух пирогах к становищу горшечников ушли уже не семь, а десять мужчин с копьями, а по берегу туда же отправилась моя мамочка. Потому что соседей нужно защищать, иначе и самим не выжить. Впрочем, сейчас речь шла скорее, о мести, потому что девчата уверены – кроме них, никого в живых не осталось.

Поделиться4052012-12-27 22:58:15

Автор: Гоблин
Модератор
Откуда: Урал
Зарегистрирован: 2012-02-09
Приглашений: 0
Сообщений: 14649
Уважение: [+1043/-2]
Позитив: [+1378/-12]
Пол: Мужской
Возраст: 64 [1962-03-07]
Провел на форуме:
1 месяц 18 дней
Последний визит:
2013-02-01 02:34:39

Глава 13 Штыковой бой или преимущество в дальности выстрела

Как Вы понимаете, единственный человек с реальным боевым опытом, то есть Ваш покорный слуга, никак не мог остаться в стороне, хотя мнением моим никто даже и не подумал поинтересоваться. Тем не менее, поскольку незадолго перед этим происходили подготовительные работы к свадебным мероприятиям, весь народ собрался в землянке на берегу озера, поначалу считавшейся неандертальской, но давно уже ставшей всехной.
В моём распоряжении имелось двенадцать женщин без ярких признаков беременности, для которых я принялся срочно изготавливать ростовые плетёные щиты. Не сам, конечно – тетя Тростинка делала с помощью остальных – ещё до вечера управились. Также детсадовская четвёрка – Ваш покорный слуга, Всхлип, Плакса и Кит – спешно возобновляли навыки владения пращой. Остальные готовили к обороне второй этаж основного жилища. Приём с ударом сверху из темноты по эффективности превосходит любой замысел, но требует, скажем так, особых условий. То есть не было у меня уверенности в том, что его удастся применить на этот раз.

Нажми и читай дальше

Нут – старший из нас, человеческих детей – до высокого звания мужчины ещё не дорос, но и компании, в которой обычно вращался, уже лишился. Его друзей только что повысили в статусе и взяли на войну. Некая неприкаянность возникла у человека. Я его на дозорную службу поставил. Есть тут в окрестностях точки с хорошим обзором, откуда многие направления более-менее просматриваются. Полного контроля прилегающих территорий, в общем-то, не вышло, но многие пути в направлении нашего жилища оказались присмотренными. Тычинка, Бормотун, несколько девочек постарше – эти ребятишки и служили нам глазами, пока шли занятия строевой подготовкой. Это я о маневрах шеренги из сомкнутых щитов и её взаимодействии с пращниками.
Времени, что гробилось на эти приготовления, было жалко до слёз. Вторая половина лета, паводок уже сошёл, прорва работы – тот же горох убирать-сеять нужно. За солью и горшками гнать к Противной Воде, да и рыбу ловить-солить-вялить самая пора, а тут изволь боевой подготовкой заниматься. Думаете, это я наивно полагаю справиться с взрослыми мужчинами-охотниками силами женщин и детей в открытом полевом сражении? А вот и не наивно. И не полагаю. Но, если неприятель обманет наших защитников и выйдет сюда, жизни свои мы продадим дорого, и хоть кого-то из этих паразитов на тот свет за собой прихватим. Вот ради этого и стараемся. Как агнцы на заклание не пойдём.
Врагов на тот свет с собой хотелось бы прихватить побольше, а для этого прочный ореховый прут с костяным наконечником уже имеется у каждой бойчихи, и резкий выпад-укол им они тренируют старательно. Это когда у них копья из рук повыбивают, вот такой будет сюрприз нападающим.

***

Признаюсь честно – местность здесь для обороны совершенно неподходящая. С любой стороны открытая и для нападения удобная. Сидеть же всё время в землянке на верхотуре попросту невозможно. То есть постоянно действующая засада у нас не получается, не подготовлено для этого ничего. К тому же и сведения о намерениях неприятеля отсутствуют напрочь – то есть положение – незавидное.
Вроде как, осадное оно, это положение, но только состоит из одних сплошных неопределённостей.
Небось, надоел уже Вам своими сетованиями? Так я сам весь извёлся за эти дни, пока пребывал в тревоге за наших мстителей.
Вернулись они живыми и почти непоцарапанными. Рассказали много увлекательного.

***

– Стрелы для предзимней охоты на оленей у меня все дома хранились, поэтому я не пошла сразу в Горшковку, а сначала завернула в огородное стойбище, – это моя мамочка повествует. Она подросла за два года нашего знакомства, окрепла и очень похорошела. – Прихожу, а там всё в порядке, не было у нас незваных гостей. А уж оттуда холмами по козьей тропе перебежала к озеру и отыскала след девчат-беглянок. В Комариной-то Пади им деваться некуда, там только вдоль Клыкастой Гряды под ногами не хлюпает.
А только вижу, что никого, кроме невест, тут нынче не было, однако, дымком тянет. Получается, преследуют их чужие, но на отдых уже остановились, потому что подкрались сумерки. Я тогда поодаль от следа немного прошла им навстречу и спряталась между кустом и боком валуна.
Там и прождала до утра, вымазывая лицо грязью и пряча руки под одежду, потому что комары там ужас какие злые, – она зыркнула из-под всё ещё оплывшего глаза. И продолжила:
– Едва рассвело, появилось четыре охотника, судя по одежде и по деревянной рыбке – из того же племени, что и прошлой весной, которые ещё Зайчонка моего заколоть хотели. (Моё имя, Топ, как раз и означает "зайчонок")
Мама еще ничего не добавила, но я уже понял, что ни один из тех, кто похож на людей, грозивших её ребёнку, не ушёл. Она ведь у меня – простая древняя женщина с легко предсказуемой реакцией на угрозу тем, кто ей близок.
– Заднего я застрелила в спину. Он закричал, когда почувствовал стрелу под лопаткой, поэтому остальные обернулись и замерли. Они ведь стрелы не видели, вот и пытались понять чём дело. Тут я второму в горло и попала. Третий бросился ко мне – видимо приметил, что куст шевельнулся, и ткнул копьём прямо туда, где я была. Недавно. А он наконечник об валун разбил, а тут я ему в живот и попала, но уже из другого места стреляла. Четвёртый, что впереди шел, как раз подоспел, но я уже спряталась за камнем и дала дёру. Он ломился за мной, но спервоначалу поотстал, а потом у меня уже стрела была на тетиве, так что ему в грудь и досталась, когда он только замахивался копьём.
Да. Вот такой человек, моя матушка. Стремительная Ласка – лучше про неё и не скажешь.
Должен признаться, что племя своё Тёплый Ветер сколотил из одних сплошных уникумов. Имею ввиду не только женщин – у него братья один другого замечательней. Отец Кита, Глубокий Омут, горазд мастерить. А мой папенька вообще лучше всех. Не знаю как это другими словами объяснить. В общем, он очень чуткий. Причём, во всех смыслах этого слова.
Так вот, матушка моя после того, как расправилась с погоней, что следовала за "невестами", ещё три дня провела в засаде, отойдя немного ближе к Горшковке вдоль того же самого следа. Но больше никого не подстерегла.

***

Следующим рассказывал Острый Топор:
– Мы, когда дошли до посёлка гончаров, то никого там не застали. Только и тел убиенных жителей не нашли. Опять же жилища все в целости сохранились, то есть безобразий нападающие не учинили, а, куда девались – кто ж его знает? Тут вождь Тёплый Ветер и говорит:
"Эх, Острый Топор! Знал бы ты, что станется с жителями Горшковки, когда бил им морды за негодную посуду!?"
На что я ему и отвечаю:
"Нет, Тёплый Ветер. Бекасы не били моды гончарам. Это Плывущие Селезни жаловались на то, что криворукие люди дают за хорошие шкуры негодные вещи"
"Зачем людям брать шкуры у гырхов, если они сами убивают много оленей?", – спросил меня вождь Тёплый Ветер.
"Затем, – сказал я в ответ, – что так хорошо выделывать шкуры они не умеют"
"Это правда, – подтвердил мои слова Тёплый Ветер. – Но куда все подевались?"
Я не знал, что ответить и промолчал. А потом чужие вышли из зарослей и побежали к нам, размахивая копьями. Они, оказывается, издалека заметили наши лодки и спрятались, поджидая, когда мы приплывём и выйдем на берег. Их было много (подчеркну, что с числительными, превышающими десяток, мои современники несколько затрудняются), и вождь Тёплый Ветер приказал уплывать.
Мы бросились к лодкам, но самые быстроногие из племени Деревянной Рыбы уже добежали до челнов. Колючий Окунь, Дальний Бросок и Большая Корзина – самые молодые и резвые из нас, первыми домчались до берега и закололи всех, кто пытался помешать отступлению. А потом мы уплыли и Дальний Бросок с Большой Корзиной, стоя на корме каждый своего челна, отбили копья, которые Деревянные Рыбы бросили нам вслед. А Колючий Окунь зажимал руками рану у себя на бедре и не мог грести.
Но тут мы увидели, что другие гырхи вышли из ям для копки глины и напали на Рыб потому что у многих из них не осталось в руках копий, которыми они пытались поразить нас. И тогда мы тоже повернули обратно. Многие Рыбы убежали и мы преследовали их три дня вместе с Плывущими Селезнями. Но никого не догнали.
Острый Топор перевёл дух и посмотрел сначала на Тёплого Ветра, который просто кивнул, а потом на Сизое Перо – вождя Плывущих Селезней. Тот тоже кивнул, но иначе, чем наш вождь, и начал своё повествование.
– Плывущие Селезни давно не били морд гончарам. Ведь, сколько ни бей, те всё равно не могут делать хороших горшков. Мы даже почти не встречались с ними, потому что они сидят на одном месте, а мы переходим в поисках хорошей охоты. Мальчики из Горшковки прибежали к нашему стойбищу и рассказали, что Люди Деревянной Рыбы убили всех, кого смогли поймать, и попросили принять их к нам в племя. Но мы ужасно испугались, что если Рыбы убили гончаров, то они могут напасть и на нас. Мы так сильно боялись этого, что взяли копья и отправились охотиться на этих опасных зверей.
Подкрались к селению и стали ждать, когда кто-нибудь пойдёт за дровами, чтобы напасть, потому что врагов было больше, чем нас. Потом увидели лодки Бекасов и Барсуков и, как Рыбы от них прячутся. И тогда решили ударить Рыбам в спины, когда они нападут. Так мы и поступили. Очень хорошо, что у многих из них не было в руках оружия, когда это случилось

Поделиться4062012-12-27 22:59:16

Автор: Гоблин
Модератор
Откуда: Урал
Зарегистрирован: 2012-02-09
Приглашений: 0
Сообщений: 14649
Уважение: [+1043/-2]
Позитив: [+1378/-12]
Пол: Мужской
Возраст: 64 [1962-03-07]
Провел на форуме:
1 месяц 18 дней
Последний визит:
2013-02-01 02:34:39

Не стану дальше пересказывать дословно, потому что речь древних людей мне самому до сих пор кажется громоздкой и косноязычной. Да и точностью она не отличается – это уж я перекладываю немного на современный лад, чтобы Вас не слишком напрягать.
В общем у Селезней шестнадцать взрослых охотников. Это позволяет мне оценить численность напавших Рыб человек в тридцать, что довольно много по нынешним местам. Причём, это ведь не все мужчины племени, а только одна из групп. В прошлом году весной к нам приходили разведчики тоже от них числом четырнадцать человек. Язык их нам непонятен, то есть, прибыли они откуда-то издалека. Потому что в здешних краях все говорят похоже и способны объясниться между собой. Одним словом, очевидно крайне неприятное обстоятельство – угроза внешнего вторжения нависла над нашим относительно тихим мирком.

Нажми и читай дальше

Ни мы, ни Селезни потерь пока не понесли – Рыбы очень быстро ретировались. А вот от населения Горшковки почти никого не осталось. Только два мальчишки, которых "отдают" нам. Правда, взамен Сизое Перо попросил себе в жёны мою мамулю, но она сказала, что если он об этом ещё хотя бы раз заикнётся, то она ему открутит нафиг то, чем он любит женщин.
И знаете, как отреагировал вождь? Восторженно сверкнул очами – я бы так сказал. А мамочка моя мило покраснела. Да, живёт в ней бесёнок, этого не отнимешь. Как я понял, к весне у нас в семействе будет прибавка. Нет, по её фигуре это пока не заметно, однако папочку мамочка всё чаще переадресует к неандерталочке. Бережётся, что ли? Вообще-то, хотя мораль у этих людей и близка к поведению животных, но какой-то рационализм во всём этом просматривается.
Снова я отвлекаюсь. Топор с Пером старые знакомые. Они встречались ещё до того, как привели свои бродячие группы в эти края. И про племя Зелёных Лягушек оба знают ещё со старых времён. Вот эти два достойных мужа и беседовали долго о том, как дальше жить. Тёплый Ветер рядом сидел и, не раскрывая рта, слушал. Ну и я по долгу службы, так сказать, внимал.
Разговор скакал с темы на тему. И о холодных зимах, и о неважной охоте в морозную пору. Об обилии рыбы после окончания половодья, об охотниках, что приходят из-за гор (не Рыбах, других, знакомых). И по мере того, как шло обсуждение, перед взором моим всё яснее рисовалась картинка угрозы с юга. То есть ранее жившие за горами племена в этом году не прислали сюда команды добытчиков мяса. Бродяги-Селезни с ними встречались чаще, чем наши – домоседы. Только встречи те имели место не в это лето.
Волок в реку на юге, которым переваливают горы Барсуки и Бекасы, другим племенам не нравится, потому что пользоваться им, не имея лодок, бессмысленно, вот и ходят в основном тем путём, по которому удобно тащить добычу на волокуше. Ещё отметили, что обе группы неандертальцев, и Бекасы и Селезни, двигались сюда не через перевалы, а пробрались с запада, преимущественно на плотах по озёрам, похожим на наше. А вот Зелёные Лягушки тоже с запада шли, но южнее, по ту сторону гор. А Рыб их предки встречали раньше, ещё до того, как отправились в наши края. Тогда это было мирное племя. С ним почти никогда не ссорились, а уходили оттуда, откуда они неандертальцев прогоняли. Но, наверное, в тех краях стала совсем плохая охота.
Одним словом, разговор был о том, о сём, но до главной мысли никак не доходил. И сама эта мысль, едва появлялись её признаки, словно тут же забывалась. Это я толкую о необходимости объединить усилия двух групп. Ведь главная задача, которую следует решить – отбиться от возможного следующего визита Деревянных Рыб. Человеческого, кстати, племени. При том, что в наших "племенах" двадцать шесть боеспособных мужчин, из которых двадцать три неандертальца.
Вот вожди и крутят друг другу шарики, потому что стоит перед ними очень много вопросов, ответов на которые никто не знает.

***

Не помню, говорил ли я, что "совещание" это происходит у нас, рядом с землянкой на берегу озера, и что все мужчины – Плывущие Селезни – сейчас у нас. После окончательной победы над врагом толпа приняла приглашение заглянуть в гости к соседям и поближе познакомиться. Три вождя и "Говорящий с Духами" разговаривают разговоры, а в действиях остальных мой взгляд усматривает некоторую особенность.
Гостей то одного, то другого, женщины уводят к озеру, откуда те через некоторое время возвращаются чисто вымытыми, в новых тканых халато-фартуках и с блаженными улыбками на лицах.
Вот чует моё сердце, кроме гигиенических ритуалов, женщины ещё чем-то радуют усталых мужчин. И, поскольку, Тихая Заводь явно рулит процессом, возникает уверенность в том, что ритуал знакомства носит весьма близкий характер. Даже хочется сбегать и посмотреть, что, собственно, многие детки уже проделали. Ещё меня беспокоит то, что женщин у нас и так-то меньше, чем пришедших охотников. Так ещё и в "работах" на берегу озера задействованы не все.
Ну вот, и вождя Сизое Перо забрали мыться.
– Как полагаешь, Ветер, сможем мы поладить с Плывущими? – Острый Топор, судя по всему, разделяет озабоченность дяди Быга. Они за последнее время здорово сработались.
– Как-то женщины наши им угодят? – ой. Так знаки внимания гостям оказываются не спонтанно, а по плану. Интересное дело! И сколько же ещё такого, о чём я не догадываюсь, происходит вокруг? Это я, понятно, про себя подумал.
– Ну, если и найдётся среди них привереда, то Тихая Заводь обязательно исправит положение, – новости так и сыплются на меня. Выходит, женские прелести тёти Тыны известны и этому немолодому неандертальцу.
На этом диалог стихает. А я стремительно ворочаю мозгами. Из книжек, что читал про древних людей, вспоминаю, что был у них патриархат, а потом – матриархат. У гырхов верховенство мужчин – однозначно – в обычае. У нас, людей, в этой области изрядная неопределённость. Даже лучший охотник племени – женщина, моя мама. Не говоря о ткачихе Лёгкое Облачко, которой никогда никто не перечит, или Тихой Заводи, что заведует огородом. Все мужские дела носят вспомогательный характер. Получается матриархат.
Однако, связавшись с нами, Бекасы несколько изменились, потому что создание и хранение припасов признали важными делами, и тут уж возрастание роли женщин заметно невооружённым глазом. Что любопытно, этот фактор постепенно проявился и в отношениях между полами. То есть не всякий скажет, что это он её того самого, потому что и наоборот случается, и даже чаще, чем правильным образом, потому что это упрощает предотвращение наступления беременности. То есть выстрел уходит не в цель, потому что цель… ну, в общем, понятно.
Короче, грамотность в этой области распространена. И проведены не только инструктажи и демонстрации, но и тренировки. А ещё вспоминается, что и культ этого самого у каких-то народов был. Короче, срамота, а не образ жизни в этом древнем мире. Вот прямо здесь и сейчас проходит форменный разврат, причём с одобрения руководства, а моего мнения по этому поводу никто не спрашивает. Более того, отдаю себе отчёт, что, если возбухну, буду наказан, потому что Вождь Тёплый Ветер точно знает когда и для чего требуется Говорящий с Духами, и почему в других случаях ему следует помалкивать.
Так что я здесь из одного сплошного символизма.

Поделиться4072012-12-27 23:00:15

Автор: Гоблин
Модератор
Откуда: Урал
Зарегистрирован: 2012-02-09
Приглашений: 0
Сообщений: 14649
Уважение: [+1043/-2]
Позитив: [+1378/-12]
Пол: Мужской
Возраст: 64 [1962-03-07]
Провел на форуме:
1 месяц 18 дней
Последний визит:
2013-02-01 02:34:39

Как Вы понимаете, переговоры об объединении усилий в целях совместной обороны в тупик не зашли. Собственно и выработанное решение было очевидным – в направлении к перевалу организована высылка дозоров. Моя мамуля тоже ходила, и меня с собой брала. Говорит – пора становится настоящим мужчиной, чтобы не хуже неё всё умел. Приколистка.
Мы всего трижды сходили, а потом она сказала, что больше ей нельзя, чтобы братику моему ещё не родившемуся худа не сделать. Я потом с папой ходил до самых холодов, а уж как зима пришла, до самой весны мы дома сидели – по ту сторону на южных склонах всё снегом завалило, а с нашего края ударили трескучие морозы. Дорога через горы сделалась рискованной и до крайности трудной.
Братишку мне мама родила в конце зимы, там всё в порядке, кроме того обстоятельства, что оказалась это девочка. Ну да мужчины наши, хоть и удивились, но на мамочку мою серчать не стали, то есть с пониманием отнеслись к такому самовольству.

Нажми и читай дальше

А вот что было не в порядке – это весьма поучительная история. В общем, это было ещё в тёплое время, когда вернулись мы с папой из дозора. С нами Дальний Бросок был, это чтобы, когда ноги у меня устанут, они меня вдвоём могли нести на скрещенных копьях.
Не, ну а что Вы хотите? Четыре года телу!
В общем, прибыли мы в Горшковку – там у нас место, где все отмечаются и перед выходом в поиск, и на обратном пути. Так вот, идём себе между землянок, никого не трогаем, а тут откуда ни возьмись – чувак, хвостами увешанный, да в рогатой шапке. И тычет он в нашу сторону непонятной рогулькой да шипит, будто злобствует на меня:
– Этот мальчик не может слышать духов. Он лжёт, и вынуждает всех, кто ему верит, навлекать на себя гнев Водяного, Лесного и Горного.
Ясное дело, я, как правильный древний пацан, не раздумывая запулил ему из пращи промеж глаз, тут он и отбросил пятки в нашу сторону.
А Плывущие Селезни к этому моменту уже в Горшковку всем своим табором перебрались, и в посёлке было людно. Охнули неандертальцы и помчались обо всём докладывать вождю. Он нас встретил у порога землянки, где обитал. Сам весь такой строгий.
– Как ты посмел, малец, на Говорящего с Духами руку поднять?!
– Ай, вождь Сизое Перо, – ответил за меня Дальний Бросок, – Говорящий с Духами должен докладывать то, что идёт на пользу людям, а если он хочет принести вред, то пороть его нужно, а не защищать. Вот когда Степенный Барсук что-то неладное сделает, его секут. Так и того, рогатого, наладили промеж глаз, как только он развредничался.
Признаюсь, не пороли меня уже давненько, так что я уже и подзабыл эту истину, ну да не обо мне речь.
– И что же такого важного доложил вам этот сопляк, что вы за него заступаетесь? – оба-на, это мой крестник очухался и припёрся на разборку. Ну да от малыша трудно ожидать смертельного удара, хорошо хоть, хватило сил чтобы оглушить взрослого мужчину.
– Да хотя бы штыковому бою, которым мы Рыб победили тогда на берегу, – продолжает выгораживать меня Дальний Бросок.
А папочка меня уже оттеснил в сторонку, закрыл от остальных и копьё держит так, что становится ясно, подходить к нам не следует. То есть толпа толпится, но впереди, и на нас не напирает.
– И как же это понимать?, – Сизое Перо явно озадачен. – Что это за штыковой бой такой?
– Такой, которым я любого охотника могу победить, – бывший Дротик принялся сноровисто обматывать концы прислоненных к боковине землянки жердин мягкими шкурами. – Сейчас покажу. Хочешь сам попробовать, вождь Сизое Перо?
Нет, старейшина выставил другого бойца, помоложе, порезче. Наш товарищ мягко пропустил удар правее корпуса и тычком своей жерди в грудь соперника также мягко обозначил победу.
Не тут-то было. Противник осерчал, отскочил и ударил вдруголядь. Этот тычок был отведён, а поражение обозначено боковым ударом "прикладом" в голову. Видать, приложил немного противника Дротик, потому что тот вскипел и взмахнул "копьём", как оглоблей. По ногам.
Ага-ага. Прыжок и удар ногами сверху по "инвентарю". И надо же, выпущенный из рук конец жерди угодил на ступню незадачливому супротивнику. Он завопил и запрыгал на одной ножке.
Боюсь, никто не сумел оценить произошедшего. Зрители просто ничего не поняли. Зато понял рогато-хвостатый, потому что незадачливый пострадавший неандерталец посмотрел на него налитыми злобой глазами и сказал:
– Твоё дело, шаман, полезным вещам людей учить, а не верещать, словно от боли, при виде учителя штыкового боя, – и по рабоче-крестьянски дал этому идиоту в ухо. Ну не получалось у него сорвать злость на Дальнем Броске.
Вот тут-то я и понял, почему Тёплый Ветер предпочитает иметь дело с неандертальцами, а не с подобными нам людьми. Потому что, если гырх сказал "гырх", то это, действительно "гырх". И если кто сомневается – получит в торец.

***

– Откуда он взялся? – спросил я про шамана за ужином. Подана была уха с брюквой если я не ошибся с названием корнеплода. Вкус расхваливать не стану, но блюдо сытное.
– Деревянные Рыбы не осмелились убить здешнего Говорящего с Духами, – объяснил Сизое Перо. – Но и себе его не оставили, видать чужаков никто не любит. Так что, Атакующий Горностай, твоему сыну ничто не угрожало среди нас, ведь мы – родственники. А этот человек, – он указал на рогато-хвостатого, тоже вкушающего трапезу, – завтра отправится за дровами, чтобы не выдумывал небылиц, а приносил топливо.
твоему сыну ничто не угрожало среди нас, ведь мы – родственники. А этот человек, – он указал на рогато-хвостатого, тоже вкушающего трапезу, – завтра отправится за дровами, чтобы не выдумывал небылиц, а приносил топливо.
Тут-то и дошёл до меня сакральный смысл непотребства, устроенного тогда, вскоре после сражения с Рыбами в нашем стойбище на берегу озера. Это же имело место массовое вступление в родственную связь. Ну да, простые тут нынче нравы. Вот и папеньку моего уже отозвали в сторонку. Не иначе, тоже вступать в родственную связь с одной из здешних женщин. Потому как процесс, начатый там, теперь продолжается здесь.
Одним словом я, воспитанный, как ни крути, в среде, где традиционной является христианская этика, напрасно переживаю за моральный облик окружающих – всё у них с этим в порядке. Они соответствуют эпохе, а я должен мотать на ус, а не брюзжать на пару со своим внутренним голосом и старческой принципиальностью.
Хе! А вот что-то я заговорю, когда в крови забурлят гормоны? Чай, тогда эти обычаи покажутся мне очень даже правильными.

Поделиться4082012-12-27 23:01:20

Автор: Гоблин
Модератор
Откуда: Урал
Зарегистрирован: 2012-02-09
Приглашений: 0
Сообщений: 14649
Уважение: [+1043/-2]
Позитив: [+1378/-12]
Пол: Мужской
Возраст: 64 [1962-03-07]
Провел на форуме:
1 месяц 18 дней
Последний визит:
2013-02-01 02:34:39

Глава 14 Сакрально-политическая подготовка

До бурления гормонов пока ещё очень далеко. Пришла очередная весна и мне исполнилось пять. Не знаю точно, в какой день – мама сказала, что, когда она услышала мой первый крик, снег ещё лежал, но морозы уже отступили. Примерно в это же самое время появилась на свет и моя сестричка – первый ребёнок женского пола в племени Прижимистых Барсуков.
Должен признаться, что роды в этот доисторический период – дело рискованное. Большинство случаев смерти среди женщин бывает или в их процессе, или вскорости после. Как я понимаю, от осложнений. Так что всецело одобряю стремление заниматься этим не слишком часто. В общем, есть у меня основания согласиться с тем, что непотребства всякие имеют право на существование.

Нажми и читай дальше

Что-то меня всё в эту сторону клонит – видать никак не проходит шок, вот я и поминаю, то и дело, про чистые Содом и Гоморру, наблюдаемые регулярно. Не буду больше. Когда я попытался выгнать из смолюшек, которые используются для освещения, настоящую крепкую смолу, вместо обычной живицы, что самотёком выходит через повреждённую кору – таких запахов напустил на всю землянку, что был выпорот и выселен в одно из пустующих строений Горшковки вместе со всеми своими затеями.
Вместе со мной в "изгнание" отправилась Тычинка – сказала, что будет моей женщиной. Этой неандерталочке лет семь или восемь, то есть человек она весьма умелый по части хозяйства. Ну и силёнок у неё всяко побольше, чем у меня – пятилетка. Опять же данное событие можно трактовать и положительно. Дело в том, что племя своё я изрядно измучил тем, что без конца притаскивал в жилище кучу всякой грязи. Глины и камни, которые пытался молоть или запихивал в очаг в надежде на то, что получу металл. Смешивал с углем птичий помёт и пробовал поджигать – это в расчёте получить порох. А уж попытка построить лодку из коры – огромная куча жердей, согнутых мокрыми, связанных в этом положении, да так и оставленных сохнуть. В общем, стану мыслить позитивно – мне выделили лабораторию.
В этом посёлке, Горшковке, зимовало племя Плывущих Селезней, но избыточного жилья тут оставалось немало. Так что я даже имел возможность выбрать постройку, которая казалась мне наиболее подходящей. Поскольку столовались мы с Тычинкой у вождя, то времени для обустройства на новом месте оказалось достаточно. Тем более, что и мой папа оставался с нами, пока мы всё не наладили. Как раз таял снег, начинались дождики, Селезни поспешно доедали замороженное в начале зимы мясо и готовились к новому охотничьему сезону.
Половодье на озере я наблюдал впервые. Знаете, картина несколько не типичная, с элементами неясности, я бы сказал.
Сначала толстый, метровый, наверное, лёд покрылся тонким слоем воды. Откуда она появилась – понять не удалось, но притока её сверху, от гор, видно не было. То есть, впадающие в этот водоём реки не вскрылись. А потом уровень воды потихоньку повышался и из неё время от времени выскакивали на поверхность куски льда любых размеров. Картина для меня не новая – у нас на речке это происходило похоже. Но тут масштаб поистине поражал.
Мне долго не удавалось понять, откуда озеро так "подпёрло". С юга горы и предгорья, на которых достаточно быстро растаял снег, причем этот процесс многократно ускорили дождики. И действительно, ручейки оживились, пропуская потоки талой воды. Но ведь видно же невооружённым глазом – они даже течение толком не смогли организовать. То есть основная причина паводка – не они. Почти вся масса пришла откуда-то с севера. Такое впечатление, что озеро попросту вспучило.
Долго вспоминал всё, что знал из гидрографии – ничего похожего на память не пришло. Отчего на севере бурное снеготаяние может проходить быстрее, чем на юге? Ума не приложу.
Климатические особенности этой местности я уже изучил. Весна, лето и осень тут влажные, хотя и тёплые. Мелкие дождики по ночам в порядке вещей. Днём часто выглядывает солнце и ласково пригревает, но сильной жары, зноя, суши я не припоминаю. Только вот, если зима в наших краях характерна для резко континентального климата, то в тёплый период погода намекает на то, что живём мы на побережье огромной акватории, словно на берегу моря находимся.
Стало ужасно интересно, а что же такое расположено на севере? А только фига мне с маслом, а не челнок с гребцами, чтобы съездить и посмотреть. У вождей на обе, имеющиеся в нашем распоряжении долблёнки, совсем другие планы… опять жалуюсь.
Ну так вот, у изгнания моего оказалась весьма интересная подоплёка.
Колючий Окунь и Дальний Бросок проводили в Горшковке занятия по штыковому бою, а я должен был за всем этим присматривать и, как сказать, направлять. Кроме того, не осталась незамеченной и затея с ростовыми щитами и деревянно-костяными подобиями шпаг. Взрослые мужчины оказались стянуты на самом опасном направлении, как только перевал сделался проходимым. Вождь Тёплый Ветер снова хорошо подумал и начал боевую подготовку в момент возникновения угрозы именно в том месте, где, прежде всего, следовало ожидать визита неприятеля.
Про то, что дозоры к горам высылались регулярно, даже поминать не стану.

***

– Скажи, Степенный Барсук. Можно ли жить, постоянно ожидая нападения и, при этом, не умереть от голода? – с таким вопросом обратился ко мне Сизое Перо – вождь Плывущих Селезней в присутствии Острого Топора и Тёплого Ветра.
Самые авторитетные мужчины пришли в мою землянку и чинно сидят вокруг очага, где пылают толстые сучья. На дворе ещё не май месяц. Тычинка подаёт гостям куски тушёного мяса – его сейчас не экономят, потому что зимние холода ушли, значит запасы пора подъедать, а то всё равно испортятся..
А я думаю над вопросом. Действительно, подходит время сеять горох, ловить рыбу и отправляться на охоту. Всюду требуются сильные руки, а вот только сейчас они заняты совсем другим – подготовкой к отражению набега. Древние люди, как я понимаю, впервые встретились с подобной дилеммой и решили посоветоваться со мной.
Прикрываю глаза и воспаряю разумом по воспоминаниям о событиях прошлой осени, когда мы с папой и Дальним Броском прошли по звериным тропам до самой верхней точки долгой дороги на юг. До того гребня, откуда дальше через горы ведёт просторное ущелье по дну которого струится между камнями пенистый ручеёк. Туда от нас можно подойти многими путями, а вот дальше всё пространство, пригодное для передвижения, стиснуто крутыми каменными стенами.
Понятно, что пращуры не обладают фортификационным мышлением, и соображения их об обороне ограничены собственным опытом. Но и я отдаю себе отчёт в том, что возведение в этом месте толкового препятствия – дело трудоёмкое, возможно, требующее не одного года тяжёлого труда. А пока только для несения дозорной службы нужно около половины имеющихся в наличии бойцов. И это ради того, чтобы просто не быть застигнутыми врасплох.
Так что и у меня нет хорошего решения, несмотря на то, что тактическую подготовку я когда-то проходил.
– Нам будет трудно, Сизое Перо. Но мы справимся, если не потеряем бдительности и станем помогать друг другу. Ведь Тёплый Ветер уже готов пригласить самых сильных мужчин на праздник сева гороха, – кошу взгляд в сторону дяди Быга и замечаю на его лице живейшее согласие. Приободрившись, продолжаю:
– До тех же пор, пока земля недостаточно прогрелась, самые проворные мужчины смогут построить изгородь в распадке Киклика, в которую придут бычки, направляющиеся сюда с юга. Надо повернуть небольшое стадо в урочище Токующего Тетерева и запереть там, обрушив деревья на выходах. Тогда наши охотники в любой момент смогут в этом месте легко найти добычу и принести оттуда мясо. Им не придётся подолгу искать и выслеживать зверей.
В дозорах уже побывали все, поэтому местность знают и хорошо понимают, о чём я говорю. Отбить группу копытных и запереть её на ограниченной территории – эта идея нравится всем. Мы ведь уже пытались реализовать сходный замысел с козами, так что, протестов не слышно.
В принципе, лето мы продержимся и на том, что добудем на скорую руку. А вот вступать в зиму без солидного запаса гороха даже Селезни не хотели бы. Они уже сообразили, что с подобным провиантом пережидать холода куда спокойней.
– Духи рассказали тебе много интересного, – Сизое Перо взлохматил мне шевелюру (я отрезаю волосы настолько коротко, насколько могу) и вытер о колени испачканные в мясе руки. Отчистил то, что не прилипло к моей причёске. Острый Топор применил для этой цели собственную бороду, а Тёплый Ветер воспользовался полой халато-фартука Тычинки. Самый культурный, однако.
Тычинка подала мне тёплую воду со щёлоком, отлично отъевшим жир. Капли влаги с них я стряхнул, а остатки высушил, протянув ладони к пламени очага. Вот так, потихоньку, без нажима. А то за непрошеный совет могу мигом огрести по самое "не балуй".

Поделиться4092012-12-27 23:02:20

Автор: Гоблин
Модератор
Откуда: Урал
Зарегистрирован: 2012-02-09
Приглашений: 0
Сообщений: 14649
Уважение: [+1043/-2]
Позитив: [+1378/-12]
Пол: Мужской
Возраст: 64 [1962-03-07]
Провел на форуме:
1 месяц 18 дней
Последний визит:
2013-02-01 02:34:39

Земля оттаяла и многие мужчины сейчас рыхлят землю в огородном стойбище. Чтобы убедить охотников племени Плывущих Селезней "покопаться в грязи" вождь Сизое Перо примитивно набил морды самым упрямым, а одному, который оказался сильнее его, пригрозил изгнанием. Да, вожди в совершенстве владеют непарламентскими методами убеждения. А без этого нынче и не выжить.
Несколько дозорных бродят где-то в горах, а тут, в Горшковке, только ограниченный контингент женщин и мы с Тычинкой. Ещё мои друзья Кит, Всхлип и Плакса сооружают челнок из берёсты, прилаживая её поверх только что завершённого каркаса.
Шаман бывший Горшковский приходит к завтраку и ужину, с большими вязанками хвороста, а живёт он в лесной землянке и глаза не мозолит. Этот человек, оказывается, похоронил своих убитых Рыбами родичей, один перенеся их тела в брошенную яму, откуда брали глину. Так что относятся к нему с уважением. Тем более, что ни к кому ни с какими "откровениями" он не подкатывает, да и одеваться стал скромнее – как все.

Нажми и читай дальше

Пятеро незнакомых мужчин с копьями спускаются с косогора. Они уже близко, как раз проходят мимо ям, где копали глину. Так что, женщины построились и сдвинули стену щитов у меня за спиной. Я здесь и сейчас – единственный мужчина, носящий взрослое имя. Никто и не думает оспаривать верховенства пятилетнего пацана, слушаются любого жеста.
Разумеется, я не собираюсь развязывать военных действий, но на случай, если намерения гостей недобрые, привёл личный состав в полную боевую готовность.
– Раньше здесь жили люди, а не гырхи, – произносит один из подошедших, вместо приветствия. Судя по тону – начальник.
– Людей убили Деревянные Рыбы, – отвечаю я. – Гырхи прогнали убийц.
На меня смотрят, как на заговорившую корзинку, но Тычинка уже поднесла чашу с раствором щёлока, а Бормотун учтиво принял у вождя тяжелое копьё.
– Не пей! – воплю я, видя, как отобрав у девочки посудину, незнакомец подносит её к губам. – Это для мытья рук перед едой.
– Руки моют не до, а после приёма пищи, – остановленный мною человек выглядит озадаченным.
– По эту сторону гор другие обычаи, – с важным видом вещает Ваш покорный слуга.
Гость наклоняется и выбирает в куче дров подходящую хворостину, оценивая соотношение её толщины и размера моей задницы. Судя по всему, правильный дядька. Я повторяю его действия и вооружаюсь аналогично. Некоторое время он пыхтит, сдерживая смех, поглядывает поверх моей головы, подмигивая рыжеволосым статным неандерталочкам, а потом делает стремительный выпад. У него длинная взрослая рука, которой он стремится проникнуть за мою спину, чтобы вытянуть меня розгой по попе.
Но я – сын Стремительной Ласки. Тренированный и отлично скоординированный мальчуган. Так что места, которым я подумал в этот раз, удар достаёт уже излётным, я же, впрыгнув в неконтролируемое соперником пространство, приложил его по ягодицам… без зверства, конечно, но ощутимо. Разумеется, данный маневр обязан своим успехом исключительно неожиданности.
Тут всё и закончилось – все пятеро охотников заржали, словно стадо жеребцов. Эти люди шли сюда с миром. Маленькое развлечение доставило им удовольствие, а моё поведение откровенно рассмешило. То есть, народ не потерял адекватности в непредвиденной ситуации.
С моей точки зрения попытка вожака проучить мелкого наглеца – огромный плюс. Говорю же – нормальный дядька.
– Меня зовут Степенный Барсук, – представляюсь я, когда гости нахохотались, вымыли руки и уселись вокруг очага. Тычинка уже раздала им ложки и поставила каждому на колени низкий маленький горшок с заправленной молодой крапивой наваристой ухой. А что прикажете подавать весной? Все знают – время голодное. Хорошо, что до ивовой коры дело не дошло.
На второе блюдо пошло варёно-копчёное мясо. Под моим руководством сделали, чтобы оттаявший с приходом тепла запас не пропал. Вообще, должен признаться, с рецептами приготовления блюд, если они предполагают более одной операции термообработки, дела в этом мире обстоят неважно. Мои познания в данной сфере – просто прорыв какой-то. Однако, вернёмся к гостям.
– Я – Жалючая Гадюка, вождь Береговых Ласточек. В прошлые годы приводил охотников, запасать мясо для своего племени на здешних просторных лугах, где во множестве пасутся олени, антилопы и быки. Мне встречались вожди Фет, Быг и Сизое Перо. Мы разговаривали об охоте, – гость сделал паузу, видимо, дойдя до самого важного и подыскивая правильные слова.
Чтобы дать ему время собраться с мыслями, я заполняю паузу:
– Фет погиб от руки Деревянных Рыб. Быг получил взрослое имя – Тёплый Ветер. А Сизое Перо и его племя Плывущих Селезней подружились с племенами Прижимистых Барсуков и Бредущих Бекасов. Нам многое приходится делать вместе, чтобы не голодать зимой и чтобы нас не убили Деревянные Рыбы.
Гадюка верно оценил "подачу":
– Береговые Ласточки потеряли много людей, защищаясь от Деревянных Рыб. Это не люди, а звери, охотящиеся на нас. Они хотят убить всех других, чтобы добыча в лесу доставалась только им. Их много и они никого не щадят.
Некоторое время сохранялось молчание. Я уже сообразил – где-то относительно недалеко некая общность расплодилась настолько, что схарчила всё на своей территории. И отправилась завоёвывать новые земли. Судя по тому, что я видел южнее хребта, плотность населения в этих краях не слишком велика, группы людей разобщены и серьёзного сопротивления агрессору оказать не способны.
Потому и уходят уцелевшие остатки охотничьих сообществ туда, где рассчитывают укрыться от возникшей угрозы. Ласточки вот к нам залетели. И явно рассчитывают, что мы их примем с миром.
Собственно, мирность намерений они демонстрируют уже тем, что как с равным разговаривают с пятилетним мальчишкой, хотя, умение вести беседу в этой эпохе тоже существенная часть взрослости.
Ну так вот, намерение перебраться сюда всем племенем гости пока в явном виде не выражают. Но они поняли, что я понял, и… моя очередь говорить:
– Здесь, севернее хребта, очень суровые зимы. Духи, живущие в лесу, воде и камнях, знают об этом, и удивляются: "Почему люди выбрали такое неудобное место?". Им нет до нас никакого дела, но они часто обсуждают между собой затруднения, встречающиеся в нашей жизни. Мне изредка удаётся подслушать эти беседы и подсказать, как поступать в тех или иных случаях.
Больше всего духи опасаются того, что мы расплодимся и съедим всю рыбу и дичь. Поэтому мы завели у себя многие обычаи, которых нет в других местах.
Достаточно сказал. Не надо всё до конца разжёвывать. Важно, чтобы люди сами дотумкали, тогда оформившаяся мысль станет их собственной и не вызовет рефлекторного протеста.
– А сможешь ли ты, Говорящий с Духами Степенный Барсук, рассказать нам об этих особенных обычаях? – вот Гадюка во всём и сознался. Пусть и не прямо заявил, что переезжает сюда со всем своим племенем, но намерение это уже, считай, обнародовал.
– Об этом ты поговоришь с вождями, Жалючая Гадюка. Пока же, погости здесь, передохни после дальней дороги и расскажи нам о племени Береговых Ласточек, – это я, разумеется, выведываю численность "подкрепления" и выясняю структуру нового подразделения. Как Вы давно догадались, необходимость принять на довольствие дополнительный контингент ни у кого сомнений не вызовет – наши вожди уже сетовали на то, что нас слишком мало.
группы людей разобщены и серьёзного сопротивления агрессору оказать не способны.
Потому и уходят уцелевшие остатки охотничьих сообществ туда, где рассчитывают укрыться от возникшей угрозы. Ласточки вот к нам залетели. И явно рассчитывают, что мы их примем с миром.
Собственно, мирность намерений они демонстрируют уже тем, что как с равным разговаривают с пятилетним мальчишкой, хотя, умение вести беседу в этой эпохе тоже существенная часть взрослости.
Ну так вот, намерение перебраться сюда всем племенем гости пока в явном виде не выражают. Но они поняли, что я понял, и… моя очередь говорить:
– Здесь, севернее хребта, очень суровые зимы. Духи, живущие в лесу, воде и камнях, знают об этом, и удивляются: "Почему люди выбрали такое неудобное место?". Им нет до нас никакого дела, но они часто обсуждают между собой затруднения, встречающиеся в нашей жизни. Мне изредка удаётся подслушать эти беседы и подсказать, как поступать в тех или иных случаях.
Больше всего духи опасаются того, что мы расплодимся и съедим всю рыбу и дичь. Поэтому мы завели у себя многие обычаи, которых нет в других местах.
Достаточно сказал. Не надо всё до конца разжёвывать. Важно, чтобы люди сами дотумкали, тогда оформившаяся мысль станет их собственной и не вызовет рефлекторного протеста.
– А сможешь ли ты, Говорящий с Духами Степенный Барсук, рассказать нам об этих особенных обычаях? – вот Гадюка во всём и сознался. Пусть и не прямо заявил, что переезжает сюда со всем своим племенем, но намерение это уже, считай, обнародовал.
– Об этом ты поговоришь с вождями, Жалючая Гадюка. Пока же, погости здесь, передохни после дальней дороги и расскажи нам о племени Береговых Ласточек, – это я, разумеется, выведываю численность "подкрепления" и выясняю структуру нового подразделения. Как Вы давно догадались, необходимость принять на довольствие дополнительный контингент ни у кого сомнений не вызовет – наши вожди уже сетовали на то, что нас слишком мало.
группы людей разобщены и серьёзного сопротивления агрессору оказать не способны.
Потому и уходят уцелевшие остатки охотничьих сообществ туда, где рассчитывают укрыться от возникшей угрозы. Ласточки вот к нам залетели. И явно рассчитывают, что мы их примем с миром.
Собственно, мирность намерений они демонстрируют уже тем, что как с равным разговаривают с пятилетним мальчишкой, хотя, умение вести беседу в этой эпохе тоже существенная часть взрослости.
Ну так вот, намерение перебраться сюда всем племенем гости пока в явном виде не выражают. Но они поняли, что я понял, и… моя очередь говорить:
– Здесь, севернее хребта, очень суровые зимы. Духи, живущие в лесу, воде и камнях, знают об этом, и удивляются: "Почему люди выбрали такое неудобное место?". Им нет до нас никакого дела, но они часто обсуждают между собой затруднения, встречающиеся в нашей жизни. Мне изредка удаётся подслушать эти беседы и подсказать, как поступать в тех или иных случаях.
Больше всего духи опасаются того, что мы расплодимся и съедим всю рыбу и дичь. Поэтому мы завели у себя многие обычаи, которых нет в других местах.
Достаточно сказал. Не надо всё до конца разжёвывать. Важно, чтобы люди сами дотумкали, тогда оформившаяся мысль станет их собственной и не вызовет рефлекторного протеста.
– А сможешь ли ты, Говорящий с Духами Степенный Барсук, рассказать нам об этих особенных обычаях? – вот Гадюка во всём и сознался. Пусть и не прямо заявил, что переезжает сюда со всем своим племенем, но намерение это уже, считай, обнародовал.
– Об этом ты поговоришь с вождями, Жалючая Гадюка. Пока же, погости здесь, передохни после дальней дороги и расскажи нам о племени Береговых Ласточек, – это я, разумеется, выведываю численность "подкрепления" и выясняю структуру нового подразделения. Как Вы давно догадались, необходимость принять на довольствие дополнительный контингент ни у кого сомнений не вызовет – наши вожди уже сетовали на то, что нас слишком мало.
Ага! Вот и Стройная Лань взяла за руку одного из охотников и повела его за собой с таким видом, будто они давно знакомы. Явно, воду для мытья согрела и теперь… ну, не маленькие, понимаете, к чему дело идёт. И ещё одна тётя на подходе.

Поделиться4102012-12-27 23:03:14

Автор: Гоблин
Модератор
Откуда: Урал
Зарегистрирован: 2012-02-09
Приглашений: 0
Сообщений: 14649
Уважение: [+1043/-2]
Позитив: [+1378/-12]
Пол: Мужской
Возраст: 64 [1962-03-07]
Провел на форуме:
1 месяц 18 дней
Последний визит:
2013-02-01 02:34:39

Ну вот, пока взрослые развратничают, можно и делом заняться. Тут, такое дело, швы в бересте мы сейчас осваиваем. Те, которые применяются для мокасинов, оказались недостаточно прочными при постоянной статической нагрузке. Этим древним людям всё нужно обязательно показать – вот не горазды они на выдумку.
Едва закончили последний стежок – со стороны гор несутся Острый Топор и Большая Корзина.
– Топ, мы нашли свежий след, ведущий от перевала к деревне.
– Жалючая Гадюка привёл охотников от Береговых Ласточек. Их как раз женщины сейчас домывают.
– Уфф! Хорошо, что мы не врагов пропустили, – мужчины поводя боками, словно загнанные лошади, садятся прямо на перевёрнутую лодку.

Нажми и читай дальше

Я обмираю, ожидая треска рушащейся конструкции – плодов наших упорных трудов. Поэтому пропускаю момент, когда Тычинка подала вождю чашку с водой для мытья рук. Спохватываюсь только слыша череду лошадиных глотков.
Ёлки! Вода же со щёлоком!
– Спасибо, Тычиночка, – произносит Топор, возвращая пустую посудину. Корзине тоже принеси, вишь, как запыхался!
Ага, вовсе не тупая эта неандертальская девочка. Питьё подала, а не раствор для мытья рук. Хотя, в той же самой чашке. Хромает пока у нас гигиеническая культура. Хромает.

***

Что рассказать о Береговых Ласточках? Охотники, вечные бродяги. Их шатры легко разбираются и покрытия перевозятся на волокушах, а каркасы на новой стоянке возводятся из местных материалов. Вооружены они относительно небольшими копьями, которые мечут при помощи копьеметалок на большие расстояния, причём весьма хорошо попадают, если целят в оленя или ещё кого-то, достаточно крупного. Самих копий они при себе всегда имеют по несколько штук и носят их в длинном мешке, подвешенном за спиной.
Наконечники у них преимущественно костяные. Вообще, культуру работы с этим доступным материалом хочу отметить особо – у Ласточек в обиходе есть иголки с ушком, что говорит о высоком искусстве мастеров. И рыболовные крючки они умеют делать, и вообще на их одеждах куча разных украшений, что заметно отличает их от основного контингента ранее селившегося в данной местности. Словом, хорошее впечатление произвели на меня новички.
Пришло к нам одиннадцать взрослых охотников – это около половины того, что включало в себя племя до появления Деревянных Рыб. А вот женщин репродуктивного возраста с ними чуть не три десятка, да детишек около сорока душ. Беседуя с прибывшими я неожиданно уловил некую странность в отношениях, на которую раньше мало обращал внимания.
Давно, в те времена, когда Лягушонок ещё ходил на двух ногах, на торжище у Противной Воды меня назвали сыном Тёплого Ветра, а он пропустил эту неточность мимо ушей. Так вот, братья отца считаются мальчику более близкими родственниками, чем даже мать родная. А сёстры матери, соответственно, для девочки роднее отца. Хотя это случается редко, чтобы сёстры жили в одном стойбище, потому что тут в обычае отдавать невест в другие племена.
Так вот, братья, а они часто оказываются в одной бродячей группе, к жёнам других братьев относятся, как к собственным. Не обязательно спят с ними, но в плане снабжения добычей, определённо, заботятся о спутницах жизни родни, как о собственных супругах. Ну а в случае утери кормильца, брат просто включает семью погибшего в состав собственной. Если же в живых остаётся больше одного брата, то дополнительная забота ложится на плечи старшего.
Довольно продуманная получается система сохранения рода. Может быть, кому-то и не нравится, но вот такие моменты я себе уяснил, когда знакомился с новыми членами нашего сообщества. Методом собеседования с личным составом, так сказать.
Вождь Тёплый Ветер буквально растерзал Береговых Ласточек на клочки, расселив кого куда по трём основным нашим стойбищам и трудоустроив мужчин там, где не хватало рабочих рук. Жалючая Гадюка стал стражем перевала или, что то же самое, военным вождём – то есть сохранил высокий статус руководителя. Мудрый Быг просто умышленно смешивал людей с неандертальцами, а Острый Топор поглядывал на это с хитрым прищуром и всячески споспешествовал. Он уже "просёк фишку" и согласился с разумностью такого подхода. Сизое Перо, конечно, ещё не до конца перековался, и многие затеи Ветра поддерживает неискренне, но явная угроза с юга заставляет его быть покладистым. Он у нас реалист, хотя и стихийный.
Еще одно обстоятельство стало для меня откровением. Оказывается, Тихая Заводь тоже считается Говорящей с Духами. Но её специализация – духи плодородия. То есть наши с ней направления обычно не пересекаются. Ещё вождь Плывущих Селезней Сизое Перо иногда во снах слышит голоса, но за их толкованиями стал частенько обращаться ко мне. Подсознание играет с ним свои игры, продолжая работать даже во время отдыха. Руководящая работа, чтоб ей неладно, и огромная ответственность.
Я пою его боярышником и помогаю распутать "указания свыше". Вроде, не подвёл ещё ни разу мужика. Так вот, что я подумал о представлениях своих соплеменников: слышать духов, теоретически, может любой. Те, у кого это получается чаще – влиятельные уважаемые люди. Но, если соплеменники к кому-то обращаются, прямо упоминая данное свойство, значит, на человека возложены должностные обязанности шамана. А меня частенько так называют, иногда даже не поминая имени.
Нет, наряжаться как клоун я ни за что не стану. Достаточно заячьего хвостика, который всегда пришивают сзади к моей одежде. Это моя хулиганистая мамочка придумала вместе с ласковым прозвищем "Зайчонок". Знак, который работает вместо имени на спине. Среди сверстников и близкой родни им до сих пор пользуются. Ну а коли незнакомец так меня окликнет, я щёк надувать не стану – отзовусь.

Глава 15. Фортификационная

Землянки в Горшковке построены на ровном месте с использованием вкопанных столбов – поистине титанический труд вложен в их создание. Тем не менее это жильё мы с вождями склонны считать второсортным. Тут нет просторных "чердаков", столь необходимых для хранения припасов. Кроме того лес в округе чуть не на полдня пути изведён в прожорливой обжиговой печи. Даже ручей, когда-то протекавший в двух шагах от строений, пересох, так что воду теперь приходится носить с озера, преодолевая длинный уклон.
Конечно, Селезни, зимуя здесь, чувствовали себя куда как лучше, чем в своих палатках, но многие из них уже посетили настоящие жилища и почувствовали разницу. Вопрос о строительстве ещё одной правильной землянки острейшим образом назрел, а прибытие чуть ли не сотни новых людей вообще превратило проблему в исключительно насущную.
Наш обтянутый берестой челнок скользит по глади озера – Одноногий Лягушонок легко гонит его от острова к острову, чтобы я смог посоветоваться с духами и отыскать место, где они не станут вредить людям.
Почему мы осматриваем острова? Да потому, что с точки зрения оборонительной очень выгодно, пока мужчины заняты войной, спрятать женщин и детей в окружённом водой месте, куда неприятель не сразу доберётся. Так что сейчас, в период высокой воды, самое время присмотреться к выставляющимся над поверхностью клочкам суши.
Озеро наше велико и очень запутано. Мысы и заливы на проверку могут оказаться островами или входами в протоки. Впрочем, после спадения паводка многое изменится. Но Лягушонок уверенно правит к вершине пологого холма, покрытого одевающимся листвой лесом.
– Самый большой остров, – уверенно говорит он. – В прошлом году мы ловили здесь рыбу. Со всех сторон широкая вода, только с запада мелко – там много камыша у самого берега. В камыше – щуки. Они всегда хватали дразнилку.
Дразнилка – это блесна. Деревянная, как Вы понимаете, утяжелённая приклеенным на смолу камушком и снабженная крючком-двойником. Живёт она недолго, хотя, это зависит от силы челюстей добычи. На иную и десяток рыбин удаётся взять, а в другой раз после первого же заброса только огрызок приходит из пучины вод.
Место, к которому мы пристали – каменистая круча. Ничего, к чему можно привязать пирогу, тут и в помине нет. Но мой спутник легко извлекает судно из воды и ставит на относительно ровное место – это Вам не долблёный из целого ствола чёлн. Дальше, пристукивая деревяшкой, ковыляет вверх по склону. Ага, вот и верхняя точка. Лягушонок легко подсаживает меня на дерево, как раз до нижних ветвей, от которых уже легко карабкаться дальше.
Хороший обзор отсюда, и, понятно, что в лощине между этим холмом и соседним надо поискать родничок. Собственно, тут просматривается симпатичное местечко, закрытое от ветров возвышенностями, но доступное лучам солнца. Попадаются же иногда подобные природные оранжереи! Кажись, везуха.

***

Мы отлично поработали с Лягушонком. Всё осмотрели, распланировали и даже сняли кору с деревьев, которым предстояло стать первыми брёвнами в каркасе будущей постройки. Полагаете, что беру на себя много ответственности, принимая решение, не согласованное с вождём? А что Вы хотели? Чтобы я отсиживался за спинами взрослых, притворяясь дитятей неразумной?
Ну уж нет. При такой жизненной позиции ждёт Вас доля профессионального лузера, уж поверьте моему жизненному опыту. Я не к тому, что следует служить от каждой бочки затычкой, вроде Труффальдино из Бергамо, однако на рохлях и мямлях далеко не уедешь. Короче, нефиг терзаться, если знаешь и можешь – то делай.

***

Стройкой на острове, как раз там, где мы с Лягушонком присмотрели удачное местечко, руководил лично Тёплый Ветер, и все самые опытные строители в этом участвовали – спешка определяла высокую степень концентрации сил.
Мои друзья Всхлип, Плакса и Кит тоже подверглись мобилизации, причем отец последнего, Глубокий Омут, как раз и руководил постройкой сразу нескольких берестяных пирог под руководством собственного же сына. Масло масляное углядели в моих словах? Ну да, а как иначе это сформулировать?
В общем, возможность убежать и спрятаться наши предводители сочли предпочтительной альтернативой необходимости сразиться и умереть. Поэтому и торопятся и с оборудованием надёжного убежища и с созданием средств, позволяющих своим людям быстро до него добраться. А в голове моей уже ворочаются мысли о создании военно-морских сил. Военно-озёрных, если выражаться точнее.
Срастание с Ласточками, и Селезнями проходило торопливо, в напряжённых трудах и постоянном страхе перед Деревянными Рыбами. Вожди, надо отдать им должное, безжалостно "трамбовали" любые проявления самобытности вольных душ бродяг-охотников. Вообще-то они не на все междусобойчики меня приглашали, но Тёплый Ветер умеет быть убедительным. Так что в том, что это он надул в уши Жалючей Гадюке и Сизому Перу, никаких сомнений нет. Такой аргумент, как наличие очевидной внешней угрозы быстро прочищает мозги людям, неизбалованным сведениями об активной политической жизни и высоких демократических принципах.
Конечно, очевидным решением было бы послать разведку, чтобы выяснить планы вероятного противника, но от этой мысли отказались, так как можно ведь и спровоцировать набег, потому что читать следы в этом мире умеют многие.
Меня же отправили переговорить с духами, живущими на перевале. Не одного, а с парой охотников. Сидящим Гусем из Бекасов и Скользким Ужом из Ласточек. Они часто несли меня на скрещенных копьях, потому что в выносливости я взрослым уступал многократно.
Уже подходя к верхней точке мы встретились с нашим же дозором, спешащим сообщить о появлении стада бычков – началась миграция жвачных на северные пастбища – как раз трава вылезла, так что пора, пора.
Понятно, что пугать еду, следующую к нам, никто даже и не подумал. Наоборот, для нас это сигнал к соблюдению повышенной скрытности. Поэтому, сразу приняли правее в расчёте выйти на верхнюю кромку западной стены ущелья, чтобы иметь обзор сверху.
Не тут-то было. Опытный скалолаз наверное прошёл бы через эти кручи, но не ловкие и проворные охотники. Несколько дней плутаний в скалистых лабиринтах привели к тому, что оказались мы там же, откуда отклонились с торной дороги. Может, и пропустили какой-нибудь приемлемый путь, но упорствовать не стали. Я вообще-то с альпинизмом не знаком – так и сказал спутникам своим, что Горный со мной не разговаривает, и вообще, мне думается, что он сейчас спит.

Страница: « 1 … 39 40 41 42 43 … 74 »

Виртуальный дом 2

Меню навигации

Пользовательские ссылки

Информация о пользователе

БИБЛИОТЕКА

Сообщений 401 страница 410 из 731

Поделиться4012012-12-27 22:51:21

Поделиться4022012-12-27 22:52:11

Поделиться4032012-12-27 22:55:24

Поделиться4042012-12-27 22:56:26

Поделиться4052012-12-27 22:58:15

Поделиться4062012-12-27 22:59:16

Поделиться4072012-12-27 23:00:15

Поделиться4082012-12-27 23:01:20

Поделиться4092012-12-27 23:02:20

Поделиться4102012-12-27 23:03:14